Килин скривился от боли в груди и прислонился к ближайшему релингу. Звуки битвы уже стихали, но их место занимали крики умирающих. Люди кричали, плакали, а некоторые даже молились. Палуба военного корабля была залита кровью и усеяна телами. Палуба "Фортуны" выглядела примерно также. Ещё только предстояло подсчитать потери с обеих сторон , но даже если Сарт потерял больше, у них имелось больше людей, которых можно потерять.
– Если мы будем с ними сражаться, то нам нельзя терять так много людей в каждом бою, – сказал Килин. Даже на его слух его голос звучал устало.
Дрейк прислонился к релингу возле Килина. Он баюкал сломанную руку и выглядел жутко.
– Так значит, ты в деле? Встаёшь на мою сторону, а не на сторону Таннера?
– Я никогда не вставал на сторону Таннера, – прорычал Килин.
– Это не ответ.
Килин взглянул на Дрейка, потом на кровь и на тела на палубе. До того, как они закончат, случится ещё много сражений вроде этого, но сейчас он не видел другого способа наложить руки на карты Дрейка, и только так он мог получить своё возмездие.
– Ага, – сказал он с улыбкой, которая наполовину была гримасой. – Я в деле. Пока мне не придётся называть тебя королём.
Дрейк сидел и глазел на бескрайнюю синеву, пока его тыкал и колол корабельный доктор. Когда док попытался поднять его руку, Дрейк застонал от слепящей боли и стиснул зубы, чтобы не заорать вслух. Последнее, что нужно команде, это увидеть своего капитана лепечущей развалиной, а не бравым героем, каким они его считали.
Всю ночь и большую часть утра они мирно дрейфовали, слишком далеко, чтобы встать на якорь, и слишком помятые, чтобы идти под парусом, пока не решатся насущные вопросы. Три корабля, связанные друг с другом, представляли бы собой странное зрелище, если было бы кому на это посмотреть, вот только шансы, что кто-нибудь здесь окажется, были невысоки, а то и ничтожны. Надо было поднимать паруса, и как можно скорее – море могло казаться бесконечно голубым и спокойным, но облака уже собирались темнеть, а Дрейку вовсе не улыбалось попасть в шторм в нынешнем состоянии кораблей и команд.
– Она сломана, – проговорил, наконец, док.
– А разве я не сказал то же самое буквально несколько минут назад? – резко ответил Дрейк таким тоном, от которого могло молоко свернуться.
– Несмотря на ваше экспертное заключение, я решил взглянуть сам. – В голосе дока звучали нотки вызова, глаза сверкали, так что Дрейк решил заткнуться и дать человеку выполнять его работу. – Не слишком плохо, но нам придётся перевязать её.
– Давай.
– Будет больно.
– Уже и так пиздец как больно. Давай.
Следующие пять минут Дрейк провёл, стиснув зубы от боли и молча проклиная четырёх разных богов, пока док пытался вспомнить, как правильно накладывать повязку. Пожалуй, в этом и заключалась проблема с наймом пьяницы на должность корабельного доктора. К счастью для команды "Фортуны", лечил он лучше, чем пил. Когда док закончил, Дрейк поднялся со стула на баке и решил, что пора пройтись по кораблю.
– Док, сколько раненых и убитых? – сказал Дрейк, решив, что всегда лучше начинать с плохих новостей.
Док покачал головой, собирая инструменты.
– Рин их знает. Слишком много. Бросил считать. Впрочем, Принцесса, наверное, скажет. Этот парень чуть не потерял глаз, но всё равно ходил и проверял народ.
Дрейк кивнул и захромал прочь. Где-то в битве он потянул лодыжку – может, когда картинно пнул в челюсть солдата с волосатой губой. Из его нынешних ран эта была далеко не самой худшей, но она просто изводила Дрейка. Он терпеть не мог демонстрировать слабость, а с явной хромотой и с повязкой на руке слабости демонстрировалось слишком много.
Члены двух пиратских команд – те, что не были убиты или слишком сильно ранены, – неуклонно убирали трупы с палуб двух кораблей. Уже больше сотни тел сбросили за борт акулам и прочим тварям, а под палубами трупов было ещё больше. Многие солдаты сдались, как только поняли, что бой проигран, хотя некоторые продолжали сражаться. Кто-то сказал бы, что это свидетельство выучки или же веры в их бога, но Дрейк видел в этом лишь свидетельство их глупости. Не то чтобы это имело большое значение – большинство из сдавшихся никогда не вернутся в Сарт. Дрейк собирался отобрать нескольких для возвращения, а остальными накормить обитателей глубин.
С трудом спустившись по лестнице на главную палубу – Дрейку не особенно понравилось спрыгивать с потянутой лодыжкой, да и карабкаться с одной рукой оказалось совсем нелегко – он обнаружил Принцессу, разговаривающего со Стилуотером. Двадцать один человек стояли связанными на коленях, под охраной сердитых вооружённых пиратов.
