На меня смотрели десятки лиц, очень похожих на моё собственное, на Леонида и Федора, а самое главное — на отца. А вот сын моего дяди, столь ненавистный мне когда-то Володя, лицом пошел в мать и потому, чувствуя некую неуместность своего присутствия, был весьма скован.
Помимо воли я ощущал свою глубокую связь с этим местом. Именно стоя здесь я ощущал ответ на давно задаваемый мной самому себе вопрос — почему люди, даже зная, что я реинкарнатор, видели во мне в первую очередь того, кем я был по рождению в этом мире? Не пришлого чужака, а кровь и плоть Шуйских, по каким-то причинам покинувшую Род…
Реинкарнация — это не какое-то вшивое переселение души в умершего или умирающего человека с целью занять его место. Я действительно оставил все связи со своим прошлым там, в том мире — здесь же я, родившись как и положено, стал тем, кто я есть — Аристархом Николаевичем Шуйским. И наличие памяти ничего не меняло…
— Как я и думал — ты действительно один из нас, — хриплым, усталым и надтреснутым голосом прервал тишину Леонид. — Отголоски душ предков радуются твоему приходу. Ты их чувствуешь, Аристарх? Чувствуешь, как они видят всё, что ты свершил за свою жизнь, как оценивают, как гордятся такому могучему и великому потомку?
Сейчас, стоя здесь, я забыл даже о своей неприязни к Леониду и Володе. Забыл обо всём, ибо то, что сказал нынешний Глава Рода было на сто процентов верно — я ощущал всё, о чем он говорил.
Они изучали всё, мной сделанное. Даже создание Рода — оценив и взвесив мои мотивы для разрыва отношений с Родом, они выразили своё отношение… Своеобразно.
То, что ведомый обидой ушел, не попытавшись раскрыться, они не одобряли, но учитывали мои обстоятельства и признавали, что у меня были на то веские отношения. Также они сомнительно отнеслись к моей идее создания Рода, своего Рода, но поглядев, насколько он вышел могучим и крепким, увидев мою жену, мою армию, мои битвы, мои мотивы — я ощутил, как от них веет гордостью за меня. Увидеи они и то, как я за бесценок отдал могущественный ритуал Усиления Сущности Федору — и хоть я тогда и преследовал свои корыстные мотивы, но то, насколько ничтожна была цена за бесценный ритуал, понимал и я, и они. Так что помимо гордости от них я ощутил ещё и благодарность.
Я уже и забыл, каково это — когда кто-то старший, кто-то родной тебе, для кого ты младший, хвалит тебя и гордится тобой. Я так привык быть старшим, быть тем, кто хвалит и ругает, карает и милует… В общем, меня, Инферно подери, пробрало. Заставило держать спину прямее, скинуло огромную часть незримого, не замечаемого мной до этого момента груза с моих плеч…
Я бы мог просидеть здесь не часы — дни и недели. Здесь, в этом замке, в Шуе, всё было пропитано душами предков. Вернее, не самими душами, те отправились в посмертие — но очень многие оставляли здесь след души, мощный отпечаток и отголосок с частичкой души, частичкой себя…
И для общения они использовали Силу Души. Обычные Маги Заклятий с трудом, изредка могли ясно разобрать их намерения и шепот, такие, как Федор, довольно сносно ощущали их, но всё равно контакт для них был сложен… А вот я, со своей Силой Души, чувствовал себя тут как рыба в воде. Я видел и слышал каждого, но их было слишком много, а я слишком спешил. И я поделился причинами спешки… К моему удивлению, предки отозвались положительно — мол, правильно, союзника и родича надо выручать, поэтому возьми это. А ещё вот это и это, и вот это пригодится…
Под изумленными взглядами всей троицы моих спутников ко мне один за другим летели десятки предметов — сильных артефактов… Артефактов, которые нам очень пригодились бы!
— Благодарю, предки, — низко, в пояс поклонился я. — Эти вещи пригодятся мне в бою — но после я их обязательно верну!
Я ожидал, что последуют возражения от Леонида, но тот, после увиденного, лишь покачал головой.
В какой-то момент всё успокоилось, и я, наконец, нормально оценил состояние тела моего дяди. И пораженно покачал головой:
— Зачем же было настолько себя насиловать силой, что выше твоих возможностей, дядя? — вздохнул я.
— Потому, что я князь, — просто ответил искалеченный Архимаг. — Я обязан внушать остальным смелость, уверенность и надежность. Они должны знать, что их ведет не слабак, а тот, кто и Мага Заклятий при случае прикончит… Война вышла тяжелой, и у меня часто просто не было выхода.
Вздохнув и покачав головой, я сотворили из сгущенного до твердого состояния воздуха что-то вроде кресла и заставил дядю сесть в него — здесь было больше негде.
Желтая и Золотая вливаются, поглощаются Зеленой, усиливая её куда больше, нежели прежде. Туда женасильно отправляется сперва Красная, затем Фиолетовая. Четыре удерживать в одной было сложно, но что поделать — мне нужны были все свойства этих Молний…
Лечение дяди затянулось на целый час, в течении которого я изрядно взмок. И тем не менее я потел не зря — то, что ещё совсем недавно было для меня немыслимым уровнем врачевания, я сегодня смог сделать пусть не без труда, но смог!
