Примерно в километре от Доспеха тоже появилась массивная фигура. На треть ниже Доспеха Николаева-Шуйского, она, тем не менее, источал куда более могучую и пугающую ауру.
Человеческая фигура в сплошном плаще с накинутым балахоном, из которого глядел густой, чернильный мрак. Единственное, что было видно из-под балахона — это руки, но и те были закованы в латные перчатки.
Оружием пришельцу служила огромная боевая коса. Рукоять была сделана из кости какого-то воистину титанических габаритов зверя, лезвие же отковано из магического сплава, подобного которому Морозов никогда не видел и даже не слышал о таком.
Кто бы это ни был, ясно было одно — сил у этого существа куда больше, чем у парочки Великих Магов. Даже вместе взятых…
— Бей! — раздался крик Ивара.
Фигура преодолела разделяющее их расстояние быстрее, чем затих криг Великого Мага. Огромная, вспыхнувшее полупрозрачным холодным голубым пламенем лезвие в стремительном режущем ударе, размазываясь от скорости, полетело к голове Доспеха, где и находился окутанный Зелеными Молниями Аристарх. И что-то подсказывало Морозову — если удар достигнет цели, то даже невероятные навыки самоисцеления Николаева-Шуйского ему не помогут…
Черная стрела, направленная прямо в голову призванному из неведомых глубин бездны Небытия существу, сорвалась в полёт. Благо расстояние между ней и головой самоуверенного противника было лишь полсотни метров…
Последовавшее за этим Морозов запомнит до конца жизни. Сущность, даже не представлявшая себе, что в населенном столь слабыми смертными мире может найтись то, что может всерьез угрожать ему, не счевший нужным даже просканировать, что за Черную Стрелу в него направляет на спешащий бежать от него странный смертный, едва достигший ранга Великого Мага, вдруг ощутил на своей шкуре, что за самоуверенность приходится дорого платить.
Стрела уничтожила голову и две трети туловища существа. Два оставшихся по краям бока, к которым крепились руки, просто опали вбок и начали рассыпаться. Удар смазался и попал не в голову, а плечо Доспеха Стихии — и нанес ему колоссальные повреждения, однако это было уже не важно.
Сверхчарами адепта Небытия была выбрана возможность в час нужды призвать кого-то на голову превосходящего его самого в силах и при этом снять с него большую часть ограничений Законов Творца. И это существо, скорее всего, было способно убить почти любого в этом мире, в том числе и многих реинкарнаторов — ведь чтобы тягаться с этим существом, нужно было иметь в загашнике такую магическую силу, что превосходит своим качеством почти всё, что существует в мире.
На их глазах сейчас умирало существо, что в своей силе было на уровне Средних Богов. И Морозов никак не мог понять, что за силу использует Николаев-Шуйский, что для неё даже божественность не является помехой⁈
Про Забытых Морозову знать было, разумеется, неоткуда.
— Ну что ж, думаю, нам стоит поставить окончательную точку в нашем противостоянии, слуга Этель Нуринга, — спокойно зашагал к растерянному, злому и бессильно стискивающему кулаки шведскому королю. — Используй свои руки, Ивар Кровавая Ладонь. Это твой последний шанс — иначе прирежу, как свинью. Умрешь достойно или как скот на бойне?
Огонек надежды вспыхнул в ауре короля. Морозов аж крякнул от досады — ну зачем эти поединки с отказом от своего преимущества⁈ Зачем давать врагу шанс⁈ Просто добей!
Но вслух он, разумеется, ничего подобного не сказал. Не после всего, что он сегодня видел…
Окрашенные серым ладони и состоящее из Синей Молнии копьё начали свой танец посреди небес над превращенной в оплавленные, выжженные руины с глубокими каньонами равнины. Две фигуры, одна окутанная серым, другая — молниями семи разных цветов, сходились и расходились, сражаясь отчаянно, не щадя себя и не оглядываясь на последствия…
И если в первой их схватке сегодня Ивар теснил Аристарха, то сейчас всё было наоборот. Пять вспышек в разных местах, шестая, особенно мощная, и обоих поединщиков отбрасывает назад. Судорожно, торопливо остановив полет, они выровнялись в воздухе, на миг замерли — ладони Ивара вспыхнули серым ещё сильнее, он вкладывал в магию уже не только эфир и ману, но и свою прану — на кону стояло всё…
Морозов моргнул, а когда его глаз вновь открылся воины уже поменялись позициями. Аристарх стоял там, где до этого находился Ивар, и наоборот. Оба воина стояли спиной друг к другу, и Морозов, кляня себя и не вовремя настигшее его желание моргнуть силился понять, что произошло и почему они замерли.
— Я… проиграл…
И лишь сейчас, когда шведский король начал падать вниз, князь разглядел огромную рану на груди мага — она была не сквозной, потому он и не мог понять, кто именно проиграл.
Швед не разбился о камни — одним мысленным усилием Аристарх подхватил его и аккуратно уложил на камни… А затем вскинул голову и напряженно уставился куда-то на восток, в сторону моря.
— Быстро используйте артефакты телепортации! — раздался напряженный голос Аристарха в его голове. — Немедленно и оба!
