Он зачем-то бросил взгляд вниз, пропустил удар клинка на возвратном движении. Ушел от следующего выпада техникой «гейзера», — попросту подкинул себя струей воды вверх. Я тут же рассеял меч и обратил его энергию в семь звезд, пустив по очереди в визави.
Он попытался ответить, но я дважды бился с Нуртынбековыми, водяными табурщиками высшего класса, и этот парень на их фоне был блеклым.
Отскок. Блок. Перекат. Уклон.
Видя, с какой легкостью я уворачиваюсь, кореец запаниковал. Я отвлекся. Грянул взрыв в подвале. А следом крыша обрушилась.
— Жив!
— Жив!
— Жив!
— Жив! — посыпались доклады.
Ну спасибо, бережете сердце старика.
Я понял, что не догоню противника и пустил ему в спину лазеры из глаз, взрезая забор, деревца, перепахивая и поджигая почву, зацепил столбы и оборвал линию электропередач.
Вот, блин, а за это платить придется.
Противник запутался в кабелях, дергаясь от ударов тока. Я же схватил его гигантской песчаной рукой и подбросил, встретил падение световым клинком и разрубил.
Черт! Не так хотел. Ладно. Пленника не вышло.
Я развернулся и рванул к зданию.
— Делаю красиво! — раздался в ушах голос штатного подрывника.
И все бойцы, кто были в здании, начали выпрыгивать из окон, приземляясь кто как. Лишь один с пятым рангом не смог подняться, его тут же подхватили и потащили подальше.
Громыхнуло!
Безымяныш сразу же выдул клубы пыли. Я подбежал, доставая грену с зеленной маркировкой. Ученик откинул круглую створку. Я резко заглянул и убрал гранату с сонным газом.
Гойле Благих ясно подсказал, что живы только двое.
Воспитанник закрутил воздушные потоки, вытягивая дым и пыль.
Я подбежал к телам, стянул шлем с головы бойца. Это оказалась девушка. Я сразу её узнал. Суми Хон. Главная ветвь рода. Неплохой козырь.
Приложил руку ко лбу. Дар немного сопротивлялся. Как-то не так я его опять попросил, но он все же сдался, и ладони засветились.
Я исцелил и второго. Настоящий лекарь прибежал минут через пять. Вколол им снотворное, надел наручники.
— В тюрьму клана Пак их, — сказал я.
С Донхэ я договорился, что будет справедливо, если он, как представитель корейской общины, выступит эдаким посредником в переговорах и заработает пару очков репутации. Вдруг и у нас пленники будут. Тоже всех к нему доставят.
— Зять Стражу-Четыре! Зять Стражу!
Это вызывал Виктор Палыч.
— На приёме.
— Мы прохлопали подход Обата. Они атакуют склад с япошками.
— Ждать. Самим в бой не лезть!
— А если их всех перебьют?
— Ждать на!
Будучи одаренным, можно гнать на мотоцикле как сумасшедший, доспех спасет от падения. Потому мы и мчались как банда бешенных байкеров, а иначе было не успеть. По дороге слушал доклад о развернувшихся событиях.
— Зять Стражу-Четыре.
— Говори.
— Обата зашли с одной стороны. Вперед идет мясо в китайских брониках. Выучка нулевая. Пока разменной на длинной дистанции. Автоматы против техник. Наши без стрелковки.
— Принял.
…
— Страж-Четыре говорит. Оцепление выставили, включая бригады скорой. Всерьез брать собрались. Это не наскок.
— Дерьмово. Продолжай наблюдение.
…
— Эс-четвертый на связи. С гранатометов расстреливают избушку, подключают техники потихоньку. Если у наших козырей нет, их всех положат.
— Ясно. Не дергайтесь. Пока только смотрим.
…
— Четвертый в эфире. Всё, размягчать окончили, идут на штурм. В тяжелой японской штурмовой броне. Вижу Су́да Рю в первых рядах.
Сын Юдзиро, которого мы кое-как победили всем миром.
Я уже слышал разрывы техник, даже сквозь рокот мотора и голоса в щебете.
— Страж-Четыре ответь Зятю.
— На приеме.
— Подъезжаем с юга.
— Лучше с запада. Там мы прорыв в оцеплении можем организовать.
— Принял, сворачиваем.
Обмен слышали все, так что прочие гонщики плавно ушли в маневр вместе со мной.
Впереди стоял грузовик, перегородивший дорогу. Он взлетел на воздух, разбросав обатовцев.
Все таки Маслов красочно работает!
— Залп! — заорал я в эфире.
Ох как же это эпично смотрелось: двадцать мотоциклистов, идущих клином, одновременно вскидывают руки и с них срываются техники. Дружная атака сметает все преграды с пути, включая горящий остов грузовика и всех, кто пытался подняться.
Десятка проскочила дальше. Другое отделение осталось добить выживших, если такие найдутся и не допустить нашего окружения.
Мы побросали мотики и соединились с командой Виктора Палыча.
— БК кот наплакал, — быстро заговорил я, передавая магазины бойцам. — Все кроме пятого ранга тратьте сразу весь. Вперед!
Мы ворвались на территорию. От передней стены склада ничего не осталось. На обломках сцепились Обата со своими давними врагами Каро и Сакураями. И пусть поколения уже сменились, но ненависть, с которой бились люди ощущалась издалека.
Противники не могли не слышать наш подход. Огромный японец с пулеметной спаркой в руках орал и поливал нас, водя оружие из стороны в сторону. От его соратников летели молнии и острые шипы. Я взял в цель верзилу, но пули осыпались к его ногам, а гранаты он отклонял потоками огня.
— Я возьму! — обозначил цель, чтобы другие на него не реагировали.
Безымяныш сцепился с Суда Рю.
