Собеседник снова уселся.
— Почему вас не смогли убить? — спросил Юджун.
Я пожал плечами.
— Слабые бездари? — посмотрел на него вопросительно. — Не ваш уровень?
— Ну да, — неуверенно кивнул он, а затем какое-то время собирался с мыслями, думая, как бы половчее задать вопрос.
— Что случилось с исполнителями?
— Джонхёк раскусил капсулу, когда понял, что я могу взять его в плен.
Брови корейца поползли вверх. Впервые он дал эмоциям прорваться.
— Англичанин, запамятовал имя, привел меня к остальной группе. Там я отрубил русскому. Предложил остальным сотрудничество. Британец мне все рассказал, кто вы, откуда. Сколько за меня заплатили, сколько досталось на лапу каждому исполнителю. А затем с их помощью я убрал заказчиков, — пожал плечами. — Так они заплатили за свою попытку моего убийства.
И ведь не соврал ни разу. Так или иначе они мне помогли. Вот и оппонент это увидел. Похоже, неплохо читает людей. Он несколько раз кивнул, закусив губу.
— А где они сейчас?
— Понятия не имею, — снова сказал я чистейшую правду, ведь даже не уточнял у группы зачистки куда дели тела.
— Что ж… — немного постучал он ладонью по столу. — Тогда полагаю, мы договорились. Конфликт улажен.
Я протянул ему руку. Он неуклюже пожал её, словно никогда в жизни этого не делал и направился прочь.
Я дождался, когда Суянг скроется, накинул невидимость и направился следом. Он сел в арендованную машину и достал телефон.
Пришлось подойти в упор, чтобы подслушать.
— Да. Да. Если кратко. Джонхёк попался, и лопнул капсулу. Он как-то выследил страхующего и вышел на конспиративное жилье. Зашел. Всех обезоружил и предложил контракт в обмен на жизнь. Я не знаю, насколько это точно, но артефакт правды не подал сигналов. Да обычный. Браслет. Да. Понял. Возвращаюсь.
Ха-ха. Дерьмовая поделка, легко обходится. Вот поэтому я почти никогда не вру, на интуитивном уровне увиливаю и недоговариваю.
Очередная проблема решилась. Я приобрел целую организацию в должниках и обезглавил целый клан.
Но впереди еще много работы.
Ко мне на чай зашел Боря Заливский. Мы точили какие-то рулетики с видом на море.
— Слушай. Наши патрули последние два дня активно отгоняют неизвестных. Катера, водные скутеры, аквалангисты и водяные табурщики. Мы беспокоить не хотели. Но так, чтобы ты знал.
— И кто же это мог быть? — притворно удивился я, давя лыбу.
— Да понятно, что исполнителей не много, но не пойман не вор. Никто из твоих врагов с нами открыто сорится не будет. Но неклановых в подчинении достаточно. Сам же знаешь, по отсеченному хвосту собаку не ищут.
— Это да, — вздохнул я. — Борь, тут такое дело. Братец твой — гнида.
— Всмысле? — нахмурился парень. — Он тебе что-то сказал?
— Нет. Он вам что-то сделал. Насрал среди дома выражаясь языком метафор.
— Переговоры с кем-то из тройки кланов вел? — сказал Боря и даже как будто и не удивился этому.
— Не просто, Борь. Он деньги взял. Понимаешь.
— Это точно? Оговорить любого можно, тем более в такой игре все средства хороши.
— Точнее некуда, Борь. Я сам слышал, как покойный Сяо докладывал отцу. Там дело даже не в том, что он сделает что-то за эти бабки, а в самом факте передачи, то есть, они даже и не шифровались особо. Но мы все равно моргнули. Если бы не разговор, так и не узнали бы.
— А! Сообразил. Они типа нас рассорить хотят?
— Да. Думаю, если-сегодня завтра они не сунутся, то мне на стол ляжет фото с передачей средств.
— Понял-понял, — задумчиво произнес Боря и пожевал губы. Мне его даже жалко стало. А еще по дому затосковал. У меня ведь тоже там брат младший неизвестно во что превращается.
— Ладно, решим. Это семейное дело. Пойду к отцу.
— Давай, Борь.
— Если какая помощь нужна будет, только свистни. За нами долг, что из избы сор не вынес.
Мы пожали руки, и он пошел, не видя ничего перед собой.
А я уставился в море, прикидывая план действий.
Я не скажу, что оправился, скорее, тут подходит слово оклемался. Стал способен выполнять задачи, которые сам себе ставлю. Конечно, мне было плохо и физически и на душе рваные следы от когтей судьбы, но я умею закусывать удела и переть, даже если под ногами горит земля.
Для начала решил проведать ученика. Все же ему досталось. Он обнаружился в своей каюте, где говорил по моему телефону.
— Что-то срочное? — оторвавшись, уточнил он.
Я покачал головой, взглядом спросил, можно ли тут пождать, мало ли с кем он болтает, вдруг личный разговор, получил утвердительный кивок и уселся. Воспитанник закончил и бодро заявил:
— Дома всё хорошо, со всеми поговорил, и с Мальтой, и с Доджоном, и с Федькой, и с Василисой.
— Отлично, — я покивал. — А сам-то ты как?
Он пожал плечами.
— Жив. Гойле, конечно, странный. Я и не знал, что оно есть у Обата.
— Никто не знал, — вздохнул я. — И за это мы чуть не поплатились. Если бы не ты, мы бы все там и остались. Так что спасибо.
— Да бросьте, господин. Сам не знаю, как так вышло. Просто сообразил, что вообще-то тоже претендую на эту силу, — он усмехнулся.
— Я бы даже сказал, ты единственный, кто её достоин.
— Когда выставим официальные претензии на главенство в клане?
