Что я там говорил? Скупой и тупой платит дважды? Нет. Скупой и тупой, платит десятикратно.
— Мне кажется, вон на том корабле враги, — я указал на чьё-то крохотное суденышко чуть поодаль. Надеюсь, оно застраховано.
— Понял босс, — отозвался пулеметчик и начал упражняться в стрельбе на километр по большой мишени. Все пули легли в цель.
— Интересно, сколько хозяин стрясет с Касаткина за компенсацию? — усмехнулся я.
Завладев трофейным оружием, мы разнесли всё в зоне нашей видимости. Только в этот момент меня посетила мысль, что это могли подстроить и Заливские. Им происходящее сейчас выгодно. Дружба дружбой, а нанести урон главному конкуренту тоже необходимо. Впрочем, меня это не остановило. Потом пороемся в проблеме.
Сейчас автомат в плечо и тра-та-та-та-та-та-та-та-та-та!
Все сработало. Потери противника составили больше сотни человек, точнее станет ясно, когда все останки из корабля вытащат. Еще у нас появилось семеро пленных.
Мы изначально приплыли только тем составом, кто будет участвовать в ночной операции. А затем потихоньку с помощью иллюзий Цик-Цика вывели часть людей, несколько человек тихо упали за борт, и их под водой вывел Русал. Еще одну группу я перевел в невидимости по одному. Собственно, поэтому и потратил все силы. Отдыхая по полчаса между каждой попыткой.
Но все вложенные усилия окупились. Безоговорочная победа, и без потерь.
Ведь мы собой взяли всех неблагородных пленников и дали им простой выбор, отбить атаку на корабль взамен на свободу. В момент нападения на судне были только они, я, Безымяныш да роботы. Этого хватило, чтобы имитировать сопротивление, завлечь врагов на плавсредство и захлопнуть ловушку.
На рассвете явился Касаткин.
От вида руин этого терминала пристани он потерял дар речи. Старик оглядывался, раскрыв рот, я думал, его инсульт хватит. Из этого состояния кланлида вывело только моё лицо.
Игорь Семенович был так обескуражен, что даже не успел взять эмоции под контроль, и выдал своё удивление. Все же, совладав с собой, старик изрёк:
— Что здесь произошло? — а потом до него дошло. Дед схватился за голову. — Миллиардные убытки. Миллиардные… — простонал он.
— Вы мне скажите, Игорь Семенович, что здесь произошло? Какого хрена ваши люди спали? Почему не вмешались? Мы держали оборону до самого утра! Посмотрите! Нас тут двадцать человек, противников было полторы сотни. Если бы не наша исключительная подготовка, мы бы все здесь и остались! — орал я искренне негодуя. Правда, эмоции были направленны, на факт предательства старика, лишь облечены в совсем иные слова. — А корабль? Лучший в моём флоте! Прошел множество битв. Пересек океан и пал от рук какой-то банды! У Заливских ничего подобного не было. Это просто возмутительно! Это скандал!
Старик был в раздрае. Он еще не осознал, мозги у него отключились, но опыт некуда не девался. Чутьем Касаткин понял, что его обули. А потом действовал на инстинктах.
— Господин Ен, — устало обронил он, и даже за сердце взялся для пущей убедительности. Присел на ящик. — Я сам обескуражен произошедшем не меньше вашего. Мои люди оказались, как и сказали, спавшими. Им все подсыпали какое-то снотворное. Несколько человек не уснули и были убиты.
Наверняка, клановую чистку сюда же примазал. Седой спрут!
— Мы всё уладим, — продолжая немного задыхаться вещал собеседник. — Я компенсирую сумму и… но чуть позже. Придется все восстанавливать. Пострадали даже корабли в пяти километрах! Как? Это немыслимо…
— Ну уж нет, Игорь Семенович. С местными вы решите полюбовно, а мне судно нужно сейчас. Я воюю с кланами, если вы не заметили, и компенсация мне нужна немедля. Каждая копейка на счету.
— Я… мы… что-нибудь придумаем.
Ага. Старый жук, все еще надеется, что я сдохну, и ничего выплачивать не придется. Не с тем связался.
— Мы покараем тех, кто это сделал! — сказал я. — Вы обязаны публично ответить. Они же вас просто опозорили.
— Публично⁈ — все еще со скрипом соображал Касаткин.
— Конечно!
— Но мы не знаем, кто это был! — всплеснул руками старик.
— Бросьте. Их фамилии известны. Вы должны вступить вместе со мной в войну против Хонов, Обата и Сигура! — вскочил я.
Ой, актёр! Надо было к Вэй Бэй в театр идти, а не сюда плыть.
— Вступить⁈ — старик начал задыхаться и уже не разберешь, то ли переигрывает, то ли, правда в шоке. — Что-то мне не хорошо, — он стал сползать с ящика. Я подхватил его, одновременно посылая диагностический импульс. Всё с ним было нормально.
Играет на публику старый козёл. Впрочем, мне плевать. Договор был составлен Доджоном, а переговоры Касаткин будет вести с Мальтой, она с него все до копейки спросит. А уж сколько всего у нас ценного якобы находилось на корабле… Антон Семенович Шпак нервно в сторонке курит, какие там фотоаппараты и портсигары. Слитки золотые лежали, ящик артефактов, шагач… три шагача заграничных…
Конечно, Касаткин не поверил, что на корабле было столько имущества, но, когда оттуда стали вытаскивать обожжённые остовы шагающей техники, лицо его все больше смурнело. Где это видано хранить на борту десять шагачей.
