Нам повезло, бал организовывал Рюриков, точнее его жена, а потому ему было плевать на улицу. Акцент был сделан на самом балу.
Столбовые рода всегда старались давать мероприятия чуть ярче прочих. Единственная проблема, Рюрюков старой закалки мужик. Если начнется драка он разнимать и не подумает. Подавитель притараканит и заставит повздоривших на кулаках драться, а то и шпаги выдаст или вообще дуэльный круг организует, не пожалев газона.
То есть мне за дядькой глаз да глаз, чтобы на провокацию его не поймали. Да хотя бы тот же Заморский за оскорбление может спросить.
Мы приехали вместе, но на разных машинах. Я был одет в белый костюм с пуговками с гербом Чеджу. Клим в красный с гербом Благих во всю спину.
Рюрюков Ольг был крепким барадачом шестидесяти лет. Его жена лет на двадцать моложе с внушительным бюстом, который не прятало ни одно платье, размер пятый или шестой. Охренеть короче, титьки.
Хорошо, что я дядьку уже женил, а то бы он тут после двадцати лет в камере обезьяну бы исполнял.
— Ольг Мечеславович, — чуть поклонился я, протягивая руку. — Веда Павловна.
— Ха, юный возмутитель спокойствия, — крепко пожал мне руку Рюриков. — Что ж… надеюсь найдешь себе здесь невесту.
— Скорее будущую вдову, — раздалось сзади, и было сказано, как бы между собой, но чтобы слышали все.
Я даже не оборачивался.
— Знаете, — перешел я на шепот, но зеркаля, чтобы меня не только Рюриковичи слышали. — Я ведь перед тем, как убить Романова, выпросил у него очень много предсказаний, потому мне теперь так везет. И ни в одном варианте будущего, не было Макаровых. Живые мертвецы. Вы бы не пускали их, от греха подальше, а то помрут тут, потом еще тела выносить придется.
Ольг Мечеславыч громко расхохотался.
Настала очередь дядьки здороваться с гостями.
— Клим Булатович. Постарел, — сказала Веда.
— А вы всё так же прекрасны.
— Клим, ты подойди потом, поболтаем, — сказал Рюриков.
— Конечно, Ольг Мечеславыч.
Мы прошли внутрь.
— Подгадали твари, — прошептал родич. — Чтобы за нами быть.
— Кого они там выгуливают, — я создал маленькое зеркальце и увидел Горемысла, среднего сына Гореслава. Сколько ему там? Двадцать пять? И все ещё без детей. Странно. Видимо, пришли вторую жену искать, раз первая не справляется.
— Ты если что меня лови, — сказал дядька. — Чтоб я никого не зашиб.
— Подножку подставлю. Больной здоровый ты, оттаскивать тебя.
Мое появление или явка дядьки бы вызвали ажиотаж, но наш сдвоенный визит произвёл фурор. Сотни взглядов оценивала каждый наш шаг. Неудивительно. Две самых шумных персоны за последние несколько лет, оказывается, еще и друзья. Как же они охренеют, когда узнают, что мы родичи.
Мы не торопясь шли ко входу, здороваясь со всеми, кто попадался на пути. С некоторыми говорили чуть дольше, например, Византийские решили понять, в каких мы отношениях. А мы в ровных, я на Иллариона зла не держу, его пока на люди не пускают, с ухом после артефактной пули проблемы.
— Вы вот чего, — обратился я к его отцу. — Позвоните моему секретарю Сундуку. Он вам лечебный сеанс организует. Ухо будет как новенькое.
На том и расстались. Продолжили движение, кочуя от станции до станции.
— Гюнтер, это мой хороший друг Клим Булатович Благой. Познакомились на почве нашей популярности, решили вот объединить усилия на ниве становления. У них проблемы с маркетингом, а я как раз скучал.
— Ой, госпожа Сато. А где же ваш муж? Раз так пока его нет, скажу, что вы обворожительны, в Аоки, если честно, вашей наследственности куда больше. Кого вам посоветовать? Двужилиных не рекомендую. Как почему? Самому нужно, две штуки, да, для вот этого молодо… не очень молодого человека. Кстати, Благой Клим Булатович. Познакомься, это моя будущая тёща.
Так и шли пока не оказались в большом просторном зале. Повезло, он был без колон в центре, как иногда бывает. Я и так не то, чтобы воплощение грации, а уж когда в общем танце еще надо вокруг препятствий лавировать, перегруз центрального процессора могу поймать и упустить что-нибудь важное.
— Так, расходимся, — скомандовал я. — Ищем самые породистые жоп… личики. Это будут Двужилины.
— Так может сразу к заводчику?
Я пустил сканирующий импульс. В прошлый раз запомнил ауру деда. Ага. Спрятался, чтобы его не донимали. В углу у колоны под балконами.
Пышногрудая красотка чуть не сбила меня с нот. И ведь явно специально.
— Простите, — смущенно потупилась она. А губки то какие пухлые, да и сама такая сладкая булочка.
— Нечего вам простительно, — улыбнулся я. — Двужилина, я полагаю.
— Да. Откуда вы…
— Скажем так, вы выгодно отличаетесь на общем фоне настолько, что определить это можно с первого взгляда.
Щеки девушки вспыхнули.
— Ещё увидимся, найду вас по духам. Таких пока не у кого не встречал, — нагло соврал я, запоминая ауру девчонки.
Двужилина убежала, а дядька уважительно поджал губы.
— Ну ты сказочник, — одобрительно заулыбался он.
Мы как раз подошли.
— Дедушка! — обратился я к родичу, отчего тот вздрогнул.
— А! Арсе…Ен! О! Клим Булатыч. Давно не виделись.
— Да уж лет двадцать как, — кивнул дядька.
— Деда, вопрос деловой по профилю. Две жены надо. Быстро.
