Всё два часа, что шла операция, он метался по коридору, ожидая окончания. И наконец-то, двери открылись и вывезли находящуюся под наркозом маму. Поблагодарил хирурга, делавшего операцию, а потом отстранил двух девушек, что везли каталку и сам отвёз её в палату.
Собственными руками, очень осторожно, подхватил её тщедушное тело с каталки и переложил на медицинскую койку, прикрыл одеялом, прибрал волосы, падавшие на лицо.
Несмотря на уговоры местных медицинских сестёр, он не уходил от её койки больше часа, ожидая, когда она придёт в себя. И наконец это произошло.
— Когда ей можно кушать? — не поворачиваясь, спросил он у Оксаны, находящейся тут же, в палате.
— Сегодня точно нельзя, — она поговорила с хирургом, что делал операцию, всё тщательно у него выспросила. — Завтра — по её физическому состоянию. Если захочет, то ей дадут жидкий куриный бульон без мяса, только жидкость.
— Хорошо, — улыбнулся маме Герман.
Ей позволили перебраться в коттедж на следующий день. Есть она могла, но что-то жидкое, из-за того, что у неё болела шея. Настя с Оксаной готовили ей куриные бульоны, закупая филе на ближайшем рынке. Герман старался от неё не отходить.
Швы заживали очень хорошо и врач спустя три дня после операции, разрешил перелёт. Обязав их снять швы в больнице, а не заниматься самодеятельностью.
Билеты были куплены и в тот же день, они все вместе улетели в Москву, откуда перебрались в Пермь. Варвару Сергеевну решили поселить в посёлке, под присмотром медицинской сестры, нанятой из поселковой больницы. Там воздух свежий, а мама Архипа приготовить для неё любое блюдо, которое оно захочет.
— Я рада, что всё хорошо кончилось, — устала сказала Настя своему мужу, когда они вернулись из Сылвы домой.
— А уж как я рад, — нежно поцеловал жену в губы Герман. — Может сразу спать?
— Да, устала я от перелётов, — согласилась Настя.
Оба уснули, только коснувшись головами подушек, вымотанные перелётом и треволнениями за Варвару Сергеевну.
Два дня назад главе посёлка позвонил его старый и хороший знакомый. Окончивший с ним Пермский политехнический университет, но с другого факультета. Они сдружились, пока оба жили в общежитии в одной комнате.
Роман Константинович пошёл на работу на завод, а знакомый в областной комитет партии. После развала СССР, знакомый пригрелся в областном правительстве, а пять лет назад его пригласили на повышение в Москву в Министерство финансов Российской Федерации. Несмотря на дальнее расстояние они периодически продолжали общаться по телефону и в редкие приезды знакомого на малую Родину.
Знакомый попросил его встретиться с одним человеком по имени Иван Сергеевич у которого есть вопросы к нему. Очень попросил, намекнув, что это не его блажь, а просьба очень высоких и влиятельных людей из правительства страны.
«С самого верха!» — добавил он.
«Кто именно?» — насторожился собеседник.
«С большой буквы — „П“ его должность называется», — был ответ.
Роман Константинович из уважения к их дальнему знакомству, неохотно, но дал своё согласие на встречу с неизвестным. Прекрасно понимая, что это всё неспроста.
— Вот такие дела, — глава посёлка решил рассказать об этом Герману и Алексу, подозревая, что вопросы у незваного гостя могут возникнуть в отношении «Титана» или АО «Протон-М».
— Из Правительства значит… — задумался Герман на несколько секунд, откинувшись на спинку кресла в кабинете Алекса на базе «Титана».
— Это серьёзно? — осторожно спросил его Алекс, смотря на замершего последние пять минут друга.
— Скорее всего, — отмер Герман, обведя взглядом обоих. — В Администрации Президента и в Правительстве России полно «системных либералов» и вокруг них — наследники «семьи», то есть политического клана Бориса Ельцина. Зарабатывающие деньги любыми путями, а не думающие об интересах страны и людях. И чёрт бы с ними, каждый зарабатывает, как умеет. Только вот эти товарищи крови совсем не боятся. Делают всё чужими руками, но в крови не по локоть — а по шею. Кстати, вот Березовский вам отличный пример.
Ничего про свои похождения в Москве Герман своим соратникам рассказывать не собирался. И без него в отношении БАБа у большинства людей в России сложилось о мнение, как о беспринципном, жуликоватом и опасном человеке.
— Ещё! — не дал своим собеседникам выдохнут Герман. — Если дело касается именно нашего завода, то тут следует вспомнить об «агентах влияния».
— Твою мать! — выдохнул тяжело глава посёлка.
— Что-то слышал, а с чем их едят? — не удержался от вопроса Алекс.
— С середины 90-х годов в правительстве России работали кадровые сотрудники ЦРУ, в качестве различных советников., — продолжал шокировать присутствующих Герман. — Дававшие не только советы, но и участвующие в управлении страной. Сейчас пошла «чистка», их начали массово удалять из государственных кабинетов и зданий. Помимо этих товарищей, которые нам совсем не товарищи, полно этих «агентов влияния», работающих на чужого дядю — из-за границы, — добавил он.
— Технологии, — тихо сказал Роман Константинович.
— Правильно! — кивнул Герман.
