— Он же простой парень, — засмеялся Жо. — Такому болтуну только деревенским курам ворожить, да девицам зубы заговаривать.
— Касан такой же увалень, как и Вини, — сказал Квазимодо. — Разве что Касан по морю больше ходил. Пиратствовал как все, а сейчас о покое и собственной ферме подумывает. Зачем ему «Квадро»? Да и магия зачем? Пукать на разные тона?
— Мысль самая его, — поморщилась Катрин. — Может, поэтому он мне и не нравится. Что, если они в сговоре? Что тогда будем делать?
— Отсекаем самых подозрительных, — предложил Квазимодо. — Дальше по обстоятельствам.
— Беседа, переходящая в допрос с пристрастием? — кивнула Катрин. — Грубо, но надёжно. Время терять не будем. Сейчас ещё пару деталей уточним, и на корабль…
* * *
Над бортом «Квадро» торчали знакомые головы. Хенк с оружием на корме, остальные мирно ждали в кокпите. Ухватившись за поручни трапика, Катрин притянула челнок к борту и первой поднялась на катамаран.
— Счастливы вас видеть, леди, — сказал Касан, — мы уж обеспокоились — не случилось ли с вами чего дурного?
— Бросьте, это мне следовало беспокоиться. Вы же мне ни соли, ни перца не оставили, — Катрин, не задерживаясь, прошла на бак. Сидящий на корточках Зеро затрепетал. Госпожа молча схватила его за руки, начала обматывать запястья верёвкой.
Команда наблюдала в недоумении.
— Недоумок будет наказан, — объяснила Катрин, затягивая узел. — Уж он-то должен обеспокоиться пропажей хозяйки в первую очередь.
Зеро тихонько заскулил. Катрин шлёпнула его по черноволосому затылку, прошипела:
— Сиди тихо, чмо. Не до тебя.
Выпрямившись, молодая женщина улыбнулась экипажу:
— Значит так, герои морей и океанов, — за мой затянувшийся отдых на острове никого винить не стану. Недоразумение вышло. Бывает. Но у нас тут непонятки начались. Путаница и анархия. Сие всерьёз угрожает нашей внутренней безопасности. Разбираться будем?
— Как прикажете, леди, — сказал Винни-Пух. — А что такое ана-хия?
— Анархия, — это пожар в борделе, — пояснила Катрин. — Начнём с тебя, Вини. Помнишь тот случай, когда у нас внизу шум поднялся, а ты пришёл спросить, что стряслось? Тогда ещё Сиге за штурвалом стоял.
Винни-Пух поскрёб небритый подбородок:
— Да, леди. Вы были сердиты. Сказали что у вас там дис-сусия.
— Точно! — обрадовалась Катрин. — Значит, помнишь? Ты тогда сказал, что вы на палубе с Хенком о разных топорах болтали.
— Не о топорах, а о заточке, — поправил бывший охранник. — Да, мы под тентом сидели, жара была, не приведи боги. А вы зачем спрашиваете?
— Память проверяю. Провалы у меня в памяти, — Катрин сокрушённо помотала светлой встрёпанной головой. — Ладно бы у меня — и у шкипера нашего провалы. Где это видано — повариху на берегу забыть? Может, это болезнь какая? Значит, у тебя всё нормально? Прекрасно. А у тебя, Сиге? Как чистописание? Продвигается? Научился перья точить?
— Пишу, но криво, — медленно сказал селк. — Разговор помню, если леди об этом спрашивает. О рецепте, да?
— Точно. Ты тогда перед нашим разговором долго с пером мучался?
Селк пожал узкими покатыми плечами:
— По-моему, я перед этим спал. Сморило после вахты. Касан пришёл, разбудил.
Катрин кивнула и улыбнулась:
— Ну, а ты, Касан? Ты-то поспать меньше любишь? Или тебя в ту жару, когда я скандалила, тоже сморило? Или ты о топорах с парнями разглагольствовал?
Широколицый моряк широко улыбнулся:
— Может, хватит моя прекрасная леди? Почему прямо не спросите? Такая воительница бесстрашная и время попусту теряет. Нам ведь плыть нужно.
Катрин показалось, что она моргнула, хотя внимание было напряжено до предела. «Квадро» продолжал покачиваться на прозрачной воде лагуны. Сияло голубое небо, чуть поскрипывали снасти. Только теперь в кокпите и на юте стояло шестеро Касанов. Все в одинаковых поношенных рубашках, босые, с одинаковыми кинжалами за поясом.
За спиной придушенно замычал изумлённый Зеро. Катрин машинально глянула на него — не изменился: обычный, мускулистый, безмозглый, скорчился на коленях. Ну, да — рабы вне игры.
— Оборотень! Вот он, держи колдуна! — заорал один из «касанов» голосом Хенка. В кокпите началась свалка. Четверо «близнецов» пытались схватить друг друга за горло. Когда в драку вмешалась ещё пара «касанов», до сих пор стоявших на юте, стало совсем плохо. Катрин показалось, что она снова моргнула — теперь в драке участвовало двое Касанов, между ними мелькало два бородатых Хенков, на полу извивался сшибленный с ног селк, на нём плотно сидел Винни-Пух. Зато ни одноглазого, ни Жо вообще видно не было. Один их Хенков выдернул из ножен кинжал.
— Стойте! — завопила Катрин. — Оружие не трогать! И разойдитесь, идиоты!
На неё дико уставилось несколько пар глаз. Те, кто в данный момент выглядели дарком и Винни-Пухом, отвлекаться не стали — толстяк увлечённо тузил человека-тюленя, несчастный селк закрывался широкими мягкими ладонями.
— Да вот же он! — закричал один их Хенков. — В неё успел перекинуться!
