Однако сказав это, Вик не почувствовал облегчения. И улыбка, таявшая на его губах, казалась ему фальшивой.
20.5
20.5/10.5/3.5
Поздно вечером под кухонным навесом члены экспедиции обсуждали сегодняшние успехи. Им не мешали ни дождь, поливший из грозно громыхающей тучи, ни ветер и холод.
Перевод полустершейся надписи с помощью «Васьки» занял не слишком много времени, но было недостаточно идентифицировать знаки, дополнить недостающие фрагменты и восстановить изначальный текст. Смысл написанного тоже нуждался в толковании из-за его образности и скрытых намеков. Математики и лингвисты азартно ломали голову, подключив к дискуссиям Ивана Петровича.
Профессор Загоскин чувствовал себя усталым, но всеобщее внимание было ему лестно. Он старательно восстанавливал в памяти действия Мписикиди, обезвреживавшего ловушки в коридорах святилища, и комментировал соответствующие фрагменты текста.
К сожалению, в Амбухиманге так и не удалось найти никого, кто знал бы о тайне Ничейной Горы. Тот молодой жрец, который водил Ивана Загоскина в Циазомвазаха, никогда больше не появлялся в деревне, и память о нем затерялась. Он словно исчез из истории и из самой реальности. А
- Завтра я снова поплыву в храм, - категорично заявил Загоскин, - это даже не обсуждается! Я помню, где мой проводник останавливался и в каких примерно местах в коридоре что-то поворачивал. Скрытые в стенах механизмы трудно заметить, но с моими подсказками у вас хотя бы будет шанс.
- Папа, тебе стоит поберечься, - заикнулся было Михаил, но старик немедленно осадил его.
- Я поплыву и точка! Это мой долг.
- Тогда я с тобой, и это тоже не обсуждается! Я прихвачу аптечку и шприцы с инсулином на случай, если мы задержимся.
- Просто скажи, что тебе охота взглянуть на святилище одним из первых.
- И это тоже, - Миша не стал ему возражать. – Но когда все эти ученые побегут рассматривать надписи и обезвреживать ловушки, кто останется с тобой? Именно я скрашу твой досуг и подам палку, если вдруг ты ее уронишь…
…Белоконев, Мухин и Чебышева сидели немного в стороне от основной группы и тихо переговаривались. Геннадий выражал надежду, что однажды в Анкаратру допустят настоящих археологов.
- Нужны ученые с мировым именем, - говорил он, - чтобы никто не посмел умалить величие этого памятника древности. Может быть, тогда, наконец, мир узнает правду.
- А разве это так сложно – предъявить доказательства и внести по ним уточнения в учебники? – спросила Лилия
Она давно уже отчаянно зевала, но продолжала сидела здесь из-за Кирилла, над которым взяла шефство. Кира отстранили от участия в расшифровке, куда он так рвался по своей неизменной привычке обязательно «всунуть нос в самую движху», и это пренебрежение расстроило его. Чебышева не отходила от него ни на шаг, стараясь уследить, чтобы порывистый гений не наделал очередных глупостей.
Кир ее усиленной заботы явно не ценил, но Белоконеву их эмоциональные перепалки мнились наполненными взаимным интересом, а не взаимной враждой. Он слушал их с тихой улыбкой.
- Между прочим, - взялся Мухин отвечать на вопрос Чебышевой, поскольку Геннадий молчал, - историческое сообщество весьма недоверчиво, и доказать ему что-либо, идущее вразрез с общепринятым, практически невозможно. В этом заключен парадокс. Нынешняя официальная история была создана при непосредственном руководстве главного центра тотальной фальсификации, то есть Церкви, и никогда не была научно доказана. (*) Я ведь прав, Геннадий Альбертович?
- В чем-то ты, разумеется, прав, - подтвердил тот.
- Но тут в подтверждение имеется целый пещерный храм с письменами! – не унималась Чебышева. – Этого не достаточно?
Геннадий покачал головой:
- Были печальные прецеденты. Например, в Мексике в 1966 году археолог Джин Стин Макинтайр в ходе официальных раскопок обнаружила артефакты, которые датировала возрастом в 250 тысяч лет. У нее на руках были десятки удивительных предметов, а также заключения экспертов, подтверждающих датировку, и стройная гипотеза, откуда все это взялось на американском континенте. Но увы, до сих пор считается, что в Сибирь люди пришли около 30 тысяч лет назад, а в Америку не ранее 20 тысяч лет назад. А тут – 250 тысяч – невозможно! Поэтому Джин Макинтайр заклевали, разрушили ее карьеру, пожизненно отстранили от научной деятельности, а раскопки в том районе свернули. Однако 30 лет спустя в Южной Сибири были обнаружены останки людей возрастом в 250 тысяч лет. А еще через десять лет в Марокко нашли древнейшие на сегодня останки современных людей хомо сапиенс, возраст которых насчитывал по общепринятым датировкам целых 300 тысяч лет. То есть новейшие открытия подтверждали выводы Микинтайр. Люди появились намного раньше, чем было принято считать, но бедняжки Джин это уже не помогло, ее поезд ушел. (**)
