«Надо бы все-таки поговорить с Тимуром откровенно», - подумал Громов. Сейчас это было невозможно, но при первом же удобном случае...
В сумерках, наполнивших кухонную палатку, заняться было нечем. Покончив с едой, все сразу разошлись по спальным местам.
Передвигались по лагерю осторожно и пристегнутыми к леерам, никто понапрасну не бравировал. Однако высунув нос наружу, Юра увидел, что, вопреки его подозрениям, у земли ураган еще не разгулялся. Ну, в его понимании, конечно. Как-никак, не первый шторм он встречал в Антарктиде. Рев и грохот по преимуществу доносился с небес. Буря шла поверху.
После бессонной ночи и интенсивного марш-броска Громов чувствовал себя измотанным и предпочел отлежаться в безделье. Тимуровцам же, казалось, было хоть бы хны. Они и не заметили, сколько протопали по сложным участкам в полной нагрузке, как пилили, складывали снежную крепость, работали по разметке, в том числе и с помощью кувалды. А у Юры ныли плечи и икры ног.
- В этой какофонии фиг уснешь! – пожаловался Зиновьев, забираясь в спальный мешок.
Вопреки утверждению, он быстро провалился в сон и засопел, следуя старинному солдатскому правилу: пока ничего делать не заставляют – спи.
Громов надеялся последовать его примеру. Вставив беруши, он застегнул мешок на молнию и закрыл глаза. Через некоторое время усталость действительно взяла свое, мысли стали вялыми, бесцветными, и он отключился…
22.5
22.5/2.5
К утру следующего дня ветер немного стих. Эта относительная тишина и разбудила их. Было странно слышать вместо свистящего воя равномерный стук генератора.
- Ад сменился раем, - констатировал Зиновьев, выползавший наружу. – Андрюха, кстати, уже на посту, кашеварит. Без жратвы не останемся.
Громов тоже вышел. Он привычно защелкнул на веревочных перилах карабин, крепившийся к поясу. Хотя на площадке и не чувствовалось ураганных порывов, они могли обрушиться сверху в любой момент и закрутить, потащить на твердые камни. Надеяться на силу рук не стоило – без травм не обойдешься.
Температура из-за шторма упала. Все они, собираясь в поход, уделили особое внимание правильной одежде, но в палаточном лагере бывает трудно согреться. Спали многослойно замотанными, несмотря на электрическое отопление. К тому же вчера, из-за надетых на ботинки железных «кошек», парни жаловались на замерзшие пальцы ног. Максим Маркевич, исполнявший функции фельдшера, выделил им спирта для растирания, и Громов с удовлетворением отметил, что ни один тимуровец не пошутил про «перевод полезного продукта» и не попытался хлебнуть из мензурки.
За завтраком дежурный Андрей Рубан щеголял рассеченной бровью. Со смехом он поведал, как, откинув полог кухонной палатки, был внезапно повален с ног и внесен в нее головой вперед.
- Ветер, подлюга, со спины подкрался. Я поначалу решил, мне кто-то подсечку сделал. И грамотно так! Я же карабин уже успел отстегнуть, вхожу внутрь и – раз! – лечу рожей прямо на банки с тушенкой. Лежу, ничего не понимаю, и корова рогатая с этикетки на меня скалится. Довольная, что забодала.
- Это ее месть за то, что не стал вегетарианцем, – прокомментировал Андрей Куприн, которого в отряде величали «Фенимором Купером» или просто «Феней».
Собравшиеся за завтраком товарищи повеселели, разговорились. Беседа приносила удовольствие уже тем, что не приходилось орать соседу в ухо. Снаружи мело и морозило, а внутри было светло и уютно. Рубан к кофе раздал каждому по конфетке, чтобы «подсластить жизнь». Это были «Мишки на Севере», и это тотчас спровоцировало вал шуток в стиле «а водятся ли в Антарктиде медведи?»
- У Рубана в закромах небось целый зоопарк! Признавайся, кто там у тебя еще скрывается: белки, верблюды, лебеди? – наседали тимуровцы на повара.
- Петухи, – откликнулся Андрей.
- «Золотой петушок»? Знатные конфеты. Чего ж зажал?
- Нет, консервы «Цыпленок тушеный». К ужину подам.
Зубоскалить, впрочем, быстро надоело, и тимуровцы сосредоточились на предстоящей задаче. Кто-то проверял амуницию, кто-то изучал карты по навигатору, а Салгиреев извлек откуда-то небольшой арбалет и принялся смазывать тетиву пчелиным воском, распространяя вокруг себя тонкий медовый аромат.
Большая кухонная палатка отлично подходила для общего сбора, в ней было все, что нужно, и при этом людям не приходилось сидеть друг у друга на головах.
Громова забросали вопросами: чего он ждет от спуска в пещеру, что видел в трещине у Изумрудного, что думает про «его высочество князя» Ричера. Юра охотно отвечал, даже продемонстрировал завалявшуюся в рюкзаке «королевскую бумагу» с разрешением на научную деятельность. Слово за слово разговор перекинулся на общие факты и проблемы, сопряженные с расследованием.
- Ходили слухи, что немцы в Земле Королевы Мод прочно обосновались еще во время войны. То ли древний город подо льдом нашли и в нем поселились, то ли с нуля базу построили, чтобы на ней жить со всем комфортом и спокойно эти руины изучать, - озвучил Зиновьев миф, будоражащий общественность уже много лет. – Как считаете, Юра, не ищут ли «призраки» немецкую базу?
