Вернуться в Антарктиду (СИ) полностью

** Луиза Сеген (Louise Séguin), жившая в 18 веке, названа французами «первой женщиной-исследовательницей Антарктики», хотя говорить об этом можно лишь с большой натяжкой. В возрасте 14 лет она поступила на службу на корабль «Роланд», переодевшись в мужское платье. Скорей всего, она была любовницей капитана де Кергнлена, который представлял ее всем как своего юнгу-камердинера. Именно это обстоятельство отчасти и послужило причиной падения де Кергелена. По возвращении команда обвинила его в незаконном содержании на корабле женщины, а также в продаже корабельного имущества в целях личного обогащения, работорговле и ложных сведениях об открытых землях. Де Кергелен попал в тюрьму, откуда его выпустили спустя два года, чтобы отправить командовать корветом в качестве поддержки американцев во время Войны за независимость США. О дальнейшей судьбе Луизы Сеген историкам не известно ничего, кроме единственной фразы из мемуаров де Кергелена, где тот писал, что «вынужден оплачивать ее содержание в монастыре, о чем весьма сожалеет». Поскольку сам де Кергелен не спускался на землю открытого им архипелага, а его любовница-юнга спускалась в составе группы, пополнявшей запасы воды и дичи, это дало повод присвоить ей титул «первой женщины исследовательницы Антарктики» (не иначе с подачи французских феминисток). Упомянутый в книге «путевой дневник Сеген» не существует (или не найден), он является выдумкой автора)

25.7

25.7/5.7

Людмила Москалева и Адель

Поскольку Вик постоянно был занят, Мила без него тосковала, и страстные ночи, когда они оставались наедине, только усиливали ее дневную тоску. Девушка старалась занять себя, а главное – свои мысли, чтобы не думать постоянно о любимом, но все равно чувствовала, что ее эмоциональная зависимость от Виктора возрастает с каждым днем. Это ее немного пугало. Ей хотелось быть сильной женщиной, которая не ждет милостей от мужчины. Печальный опыт семейной жизни прекрасно продемонстрировал ей, что ее слепота и доверие бывают безграничными и приносят боль, когда надежды не оправдываются. Конечно, Вик – не Дима, он не станет использовать ее слабость ей во вред, вот только в те часы, когда Соловьев был далеко, она ощущала себя словно птица со сломанными крыльями.

Оставшись в туркомплексе «Адам Балдридж» после того, как Вик, Володя, Кир, Патрисия и Лилия уехали в Уснувшие скалы, Мила бродила все утро по ухоженным дорожкам как потерянная. Она видела, какой слаженной группой является команда Патрисии. Несмотря на то, что каждый из этих людей обладал собственной индивидуальностью, они были очень успешны в совместных предприятиях, понимали друг друга с полуслова – в точности, как подобранный психологами экипаж космического корабля.

Москалева предполагала, что отчасти причина крылась в гармоничных вибрациях энергоинформационного поля – того самого, на котором основывалась работа антарктических артефактов. Чаша, хоть и была неисправна, но как-то сумела переплавить отдельных людей в сплоченное сообщество. В братство. Миле до сих пор казалось, что она среди них лишняя. Такая же лишняя, как и Адель. Но Адель была ребенком, и особое к ней отношение было оправдано. А вот что не так было с ней, Людмилой Москалевой, взрослой носительницей полезных (как ее уверяли) свойств, что ее постоянно держали на расстоянии вытянутой руки?