Вернуться в Антарктиду (СИ) полностью

- У нас в Индии говорят: будущее не зависит от линий ладонях, потому что даже у безруких есть будущее. Пространство пронизано праной, она сделает большую часть работы. Вам нужно будет лишь направить ее в узловую точку. Вы знаете, что такое прана?

- Примерно представляю.

- Прана – это сила, которая движет материей, - тем не менее пояснил Акил. – Любой материей, Тимур-джи, не только той, что видят ваши глаза и способны ощупать руки. Прана объединяет микрокосмос человека с макрокосмосом Мультивселенной – великой и бесконечной Сурья Мандала. (* «круг солнца», мир, санскр) Она и гравитация, и электричество, и нервные импульсы в клетках, и сила мысли. В человеческом теле есть система циркуляции праны, подобная системе кровообращения или дыхания. Её называют пранамайякоша, но термины не важны, важна суть, которую вы должны представлять себе без затруднений. Прану можно визуализировать и управлять ею, представить, как энергия в виде ветра движется по каналам-нади внутри человеческого тела и вне его. В этом нет ничего колдовского, только – знания, только наука.

- Наука тайная, однако. И чтобы ее постигнуть, нужно время.

- К моему сожалению, времени у нас нет, и мне ради спасения Равновесия придется нарушить одно из основных правил Хранителей. Я открою ваши пранические каналы не постепенно, а сразу, и вложу в вас свои знания также сразу и целиком. Надеюсь, вы выдержите это и не сойдете с ума.

Тим невольно сглотнул. Звучало это почти угрожающе.

- Сделаю все от меня зависящее, - произнес он. – Знания важны, я понимаю это. И понимаю, что действовать следует быстро.

- Да, знания важны, - эхом отозвался Гималайский Страж, и его взгляд заволокся знакомым серебристым туманом. – Спасибо, что понимаете.

Тимур поежился, но не стал отводить глаза и усилием воли подавил в себе зарождающийся страх. Инстинктивно он чувствовал, что это началось. Его обучение или посвящение – неважно, как назвать, - началось, и в висках от внутреннего напряжения, а может, и от внешнего воздействия заломило.

Это следовало перетерпеть. Тим был полон решимости вынести любые испытания. Он сжал кулаки и выпрямился, дыша ровно и глубоко

- Посмотрите, что происходит, когда артефакты, созданные на основе течения праны, попадают в руки западных дельцов, – говорил Акил, и глаза его светились ярчайшим белым светом, отчего становилось жутко. – Вы не дадите мне солгать: Зеркальная Сеть, Дарпана Гуна, прямо в эти минуты подвергается насильственному переустройству на базах «Прозерпины». Наглецы, извращающие суть древнего знания, вмешиваются в то, чего не понимают. Однажды уже случилась большая неприятность: устройство древних Авадхья Джьоти, который вы называете на оккультный манер «Черным солнцем», сбился с тончайшей настройки. Он начал перемешивать зеркальные миры между собой. Это было поправимо, поскольку Авадхья Джьоти (*неуязвимый свет, санскр) перемешивал миры внутри небольшого пузыря, куда в годы основного напряжения даже нельзя было проникнуть. Но тут кое-кто, одержимый властью, усугубил происходящее в угоду своим презренным желаниям. Вместо того, чтобы устранить неприятный сбой, «Прозерпина» намеренно обучила молодую женщину-физика и послала ее за артефактом. К счастью, у женщины хватило ума не везти Авадхья Джьоти в Европу. Но ей не хватило мужества уничтожить его. «Прозерпина» продолжила начатое, пытаясь всеми способами добраться до вожделенного «Черного солнца». Ради этого один из ее руководителей распорядился еще больше смешать зеркальные миры. Он пожелал расширить хаос, в своем преступном самомнении считая, что хаосом можно управлять. Он думал, что можно взять кусочек одного мира и соединить его с кусочком другого, и это будет жизнеспособно. Но самое страшное, этот глупый человек нашел очень умных и сильных союзников.

- Кого? – быстро спросил Тим.

- Потомков асуров, создавших Авадхья Джьоти. Презренных ренегатов.

Туманное серебро, изливающееся из глаз Акила, постепенно покинуло свой источник и окружило Борецкого плотным коконом. Тим стал яйцом. Стал содержимым яйца – птенцом, стремящимся вылупиться. Он вскинул руки, подчиняясь инстинкту, ударил в серебристую оболочку, и по ней побежали трещинки. Они бежали, сливались, извивались, и в их рисунке Тим с удивлением опознал понятную его разуму картину. Он видел то, о чем говорил Акил. Видел и понимал то, что видит.

- У ренегатов есть шанс достигнуть цели? – будто со стороны услышал он собственный голос и поразился, что остается способным поддерживать разговор, когда вокруг него происходит такое.