Рассвет еще только занимался на востоке, окрашивая небо в бледно-желтые тона, когда лес, покончив с бурной ночной жизнью, ненадолго притих. Казалось бы, тут бы и лечь наконец досыпать в относительной тишине, однако проводник, наверное, единственный кто помнил, зачем туристы наняли его в поход, растолкал подопечных, не слушая жалоб.
- Вы проспите Белое солнце! – надрывался он, колотя ложкой по котелку. – Подъем, подъем!
Слов его почти никто не понимал, но действия не требовали перевода. Народ потянулся наружу, широко зевая и с красными глазами, в которых «насыпали песка», причем отнюдь не золотоносного.
Ами неодобрительно качал головой, глядя, как они сбились в кучку в ожидании «шоу с лемурами». Он не понимал, почему туристы, заплатившие такие деньжищи, не испытывают должного восторга, едва дело дошло до обряда.
Кирилл, как и остальные, отчаянно тер глаза, не спасло даже умывание ледяной водой Матимбуны. Соловьеву помогло, а ему нет. Кир нашел взглядом дрожавшую от утренней прохлады Чебышеву и, нырнув на минуту в палатку, вытащил одеяло, чтобы накинуть ей на плечи.
- Спасибо, - шепнула Лилия, принимая покорно щедрый жест, и это наконец-то пробудило Мухина ото сна.
- Я думаю, - шепнул он, взбодрившись, - что луч восходящего солнца скользнет по камням и высветит нужное место. Надо смотреть на водопад очень внимательно.
- Сомнительно, - сказала Чебышева, давя зевок, - в эпитафии не указан точный день, а это важно для подобных знаков. Мы же не на экваторе, где все одинаково.
- Все равно буду глядеть в оба. Вдруг будут знаки.
Они замолчали, неспешно крутя головами.
В западной части неба все еще плескалась темно-синяя, пусть и беззвездная, акварель, но восток светлел с каждой секундой, и это было заметно даже сквозь переплетение ветвей. Внезапно сгустившуюся тишину прорезала резкая, но по-своему мелодичная трель. Да, именно трель, а не животный крик, пусть по громкости он мало отличался от привычных ушам лесных воплей. В этой песне был ритм, стройность и синкопичная гармония.
Странное, ни на что не похожее, песнопение ширилось и крепло, превращаясь в многоголосый хор, управляемый невидимым, но толковым дирижером. Солист выводил свою партию серебристым тенором, а с противоположного берега реки ему отвечали подпевалы, вливая в общую мелодию свои собственные вариации, удивительно сочетающиеся друг с другом.
Хор то замолкал, то уходил на новые переливы. Одинокий голос лемура не произвел бы того сногсшибательного эффекта, какой получился от слияния десятков мощных глоток. Песня могла бы даже показаться человеческой, вот только слов было не разобрать.(*)
- Завораживает и парализует, - призналась Патрисия, - словно играют на расстроенной скрипке.
Оратория гремела несколько минут и оборвалась так же внезапно, как и началась, на самой пронзительной ноте, но люди еще некоторое время ждали продолжения, недвижные и слегка оглушенные.
- Кто-то заметил необычное? – громко задала вопрос Пат.
- Я смотрел по сторонам, но, кажется, ничего такого… - начал Кир.
Его перебила Лилия:
- За нами наблюдают. Вон из тех кустов! Они появились, как только лемуры запели.
- Значит, мне не показалось, - проговорил Вик. – Все гадал: ветер среди веток резвится или люди.
- Сколько их там, ты посчитал? – заволновалась Пат.
- Увы, - ответил Вик, - могу лишь предположить, что вместе со своими товарищами, укрывшимися позади палатки, их тут не менее десятка. Они хорошо маскируются.
Чебышева скинула одеяло и потянула из кобуры пистолет:
- Они за нами наблюдают, и, надеюсь, этим все и ограничится. Возможно, дикари боятся нас и не станут нападать, но стоит перестраховаться.
- Вы увидели «восход белого солнца» и получили благословение, - заметно нервничая, забормотал крестьянин. Эри едва поспевал за ним переводить. – Духи были благосклонны и не стоит их обижать насилием. Если мы сейчас быстро соберем вещи и уйдем, белолицые нас не тронут, и все закончится хорошо.
- Мы остаемся, - отвергла предложение Пат. – Нам нужно хорошенько осмотреть водопад.
- Это священное место для белолицых! – запротестовал Ами. – Когда они увидят, что вы туда полезли, они разозлятся. Они нам отомстят!
- Нам есть, чем их встретить, - сказала Чебышева, снимая оружие с предохранителя.
Догадавшись, что их присутствие обнаружено, бетсимисараки решили больше не скрываться. Из-за скал, из чащи и, казалось, прямо из-под земли в лагере стали появляться дикари. Их перемазанные в белой глине лица были ужасными и походили на маски. Вооруженные копьями и луками, они угрожающе целились в пришельцев, давая понять, что встреча цивилизаций вряд ли закончится миром.
Их было слишком много. Чебышева водила пистолетом, беря на мушку то одного, то другого, но в одиночку даже снайпер не смог бы всех положить.
- Вик, Кир, почему вы не достаете ваши стволы? – зло щурясь, спросила Лилия.
- Мой остался в палатке, извини, - смущенно проговорил Мухин.
- Остолоп!
