И в том, что чернокнижник не загнулся совсем, Эрик был обязан ей — худенькой рыжей девушке в стареньких шерстяных юбке и кофте. Хрупкой и почти бестелесной. Когда-то Эрик верил в богов. И сейчас он мог поклясться, что Сара была самым настоящим чудом, посланным ему небесами… Пусть Паул и не хочет признавать того, сколь многим он обязан этой девчушке, Эрик признает это. Пусть чернокнижнику совершенно наплевать на свою жизнь, на неё не наплевать Эрику.
Был солнечный день. Один из тех, которые так трудно бывает поймать в этой стране. Осенний солнечный денёк… Один из последних ясных и тёплых дней в этом году. Скоро уже начнётся совсем другая пора… Холодная. Сырая. Хмурая. Нужно будет кутаться в тёплую одежду, носить с собой зонт или плащ. А ещё придётся закупить лекарственные средства — Паул после той болезни ослаб, он легко может простудиться. Пусть чернокнижник никогда этого и не признает, но у него никогда не было достаточно хорошего здоровья. А теперь же — после того проклятья, Паулу следует, и вовсе, быть очень осторожным.
Сара сидела на ступеньках лестницы приюта для девочек-сирот. Тоненькая, невысокая, бледная… Кажется, она служила в приюте санитаркой — лечила заболевших девочек, помогала следить за грудными малышками, выхаживать их. Обычно ей приходилось работать в той окрашенной в серый цвет пристройке, больше напоминавшей сарай. Но сегодня… Сегодня она сидела на ступеньках лестницы и болтала с воспитанницами приюта. Девочки жались к ней. Они тоже были благодарны ей за ту её доброту, с которой она к ним относилась.
В лучах этого ослепительного сияющего солнца она казалась Эрику ещё большим ангелом. Ангелом, что спустился в Осмальлерд, чтобы спасти его лучшего и единственного друга… Её волосы были рыжими, но в солнечном свете они казались почти золотыми.
Сара Эливейт была сестрой милосердия. Тихая, кроткая, серьёзная, добрая — она как никто другой подходила для этой работы. Эрик всё не уставал удивляться этой девушке — она пришла в тот самый миг, когда Паулу больше всего нужна была помощь. А потом просто ушла, словно растворилась, растаяла…
— Давным-давно в далёкой прекрасной и таинственной стране, что называется Зельтор, жила принцесса… — тихим, завораживающим голосом говорит Сара, гладя девочку, что сидит у неё на коленях, по светлым локонам.
У неё прекрасный голос… Эрик в который раз только убеждается в этом… Волшебный… Тихий, мелодичный, плавный, спокойный… Эрик никогда не думал раньше, что у какой-то девушки может быть столь красивый голос. Даже у Милены голос был резким, ярким — впрочем, что уж говорить о Милене, сестра у Эрика сама была девушкой довольно яркой. А у Сары не было той вопиющей яркости, не было резкости, она была как-то очень по-аристократичному горда. К такой гордой девушке не подступишься. Не говоря уже о том, каким светлым, чистым, небесным существом она являлась… У Эрика никогда бы не нашлось смелости как-либо приблизиться к ней…
Когда-то давно Эрик ходил в церковь… Он уже плохо помнит то ощущение, которое царило в его груди, когда он находился в тех стенах… Но ему почему-то кажется, что Сару он воспринимает, словно некое божество. Чистое. Светлое. Доброе. Она такая воздушная… Такая необыкновенная… По доброте душевной пришла тогда к ним с Паулом в дом, ухаживала за ним, несмотря на всю ту вонь, на всю ту духоту, которые стояли в комнате, даже зная, что вряд ли чем-то на самом деле сможет помочь…
Она, действительно, словно божество — столь тоненькая, столь невесомая, столь воздушная, что, казалось, дотронешься до неё — и она сейчас же рассыпется! Эрик и боится дотрагиваться. Паул вот не боится. Он, вообще, безбожник редкостный. Как его Эрик за это не ругал, а он до сих пор не приучил себя даже относиться к святыням с хоть каким-нибудь уважением. Если честно, Картеру иногда казалось, что та болезнь, что случилась с магом, произошла именно из-за того, что боги перестали терпеть святотатство со стороны тёмного мага! Эрик однажды это даже высказал другу, на что тот лишь рассмеялся.
А Сара… Она словно сама была самой настоящей святыней… Словно хрустальная… Эрик боялся к ней прикоснуться, признавая свою недостойность этого…
— Мисс Эливейт, это жаркая страна? — спрашивает одна из девочек, что сидят рядом с ней.
Зельтор… Эрик так давно учил географию, что вряд ли толком сможет вспомнить, где находится эта страна. Если это, действительно, прекрасная страна, он бы хотел, чтобы Сара жила там — в тёплых краях, где никогда не бывает зимы, в чистом маленьком домике… А ещё ему хочется, чтобы… Нет! Даже мечтать об этом глупо! Паул засмеёт его, если узнает, что Эрик думал об этом.
— Да, Ребекка, — кивает Сара. — Очень жаркая.
