В тени маскосети было относительно прохладно. Катрин устроилась повыше, дабы наблюдать за всей палубой. Сидела на борту, свесив ноги. Клевало на мелководье неплохо, — молодая женщина то и дело плавно поднимала короткое удилище, снимала с крючка очередную черноперку. Рыбешка попадалась исключительно мелкая — не больше ладони, но на жарку сойдет. Тем более, из города должны крупы привезти, а может, и картошки. Ужин выйдет на славу. Катрин сглотнула слюну. Пора бы и обед сготовить. Но Жо еще спит, а на Эрго полностью надеяться не стоит. Охранник сидел у штурвала, медленно шевеля губами, читал-разбирал карту, скопированную с бортового компьютера и исписанную мелким и на удивление разборчивым почерком Квазимодо. Ничего секретного в карте не содержалось — путь вниз по Оне, знакомый каждому местному речнику. Правда, настолько подробная и выдержанная в масштабе карта вряд ли даже у самого опытного местного лоцмана имеется. Ква — талантливый парень. Если бы он еще тогда не сплоховал...
Эрго неуверенно подошел ближе.
— Леди, могу я задать вопрос?
— Почему нет? Валяй, все равно бездельничаем, — Катрин держала в поле зрения голозадого, свернувшегося в клубок на носу. Отдыхает, мерзавец. Не дело, конечно. Но тихо работать он еще не научился. Вечно у него из рук что-то валится, брякает и стучит. Телесные наказания помогают слабо — для усвоения принципов аккуратности одного старания маловато, нужно еще, чтобы в движениях человек перестроился. Пусть посидит спокойно. Шуметь сейчас не время — с утра по реке две лодки прошли. Одна рыбацкая, другая, хм, подозрительно нерыбацкая.
— Леди, со мной-то что будет? — толстяк, наконец, набрался решимости. — Что вы со мной делать собираетесь?
Катрин пожала плечами:
— Ничего не собираемся. Претензий у меня к тебе нет. Недомыслие ты проявил, ну, за ту общую глупость другие уже ответили. Вернутся мои парни из города, отчалим, тогда можешь проваливать на все четыре стороны.
— А если я...
— В спину тебе стрелять никто не будет. Мы идем вниз, тайна из этого смешная. Хочешь — болтай на каждом углу. Вряд ли нас кто догонит. Ну, если догонят, или еще какая-нибудь заминка выйдет, тогда мне придется тебя найти и язык вырвать. Вместе с яйцами. Так что прикинь — хочешь ты болтать или нет?
— Понял, леди, — охранник сглотнул. — Не извольте гневаться.
— Это я-то гневаюсь? Я рыбу ловлю, — Катрин сосредоточилась на покачнувшемся поплавке.
Из кокпита показался Жо. Судорожно зевнул:
— Разговариваете? А обед?
— Умывайся и смени меня. Пойду готовить... — Катрин замолкла на полуслове, мягко потянула удочку и на палубе, растопыривая острый спиной плавник, затрепетала еще одна рыбка.
Жо полез умываться, а Эрго, подумав, сказал:
— Леди, я пока пойду, поручни протру. Я тихо.
— Угу, давай, — одобрительно пробурчала Катрин, насаживая на крючок нового жучка. В кустах набрать наживки для нетребовательной черноперки было несложно.
Подошел умытый Жо, сел рядом.
— Мне ловить? Эти рыбешки колючие, как дикобразы.
— Хрен с ними. По сторонам лучше следи. И вообще, будь настороже.
— Я стараюсь всегда на нем, на стороже, быть, — почти серьезно ответил мальчик. Катрин отметившая оружие на поясе мальчишки, и по-хозяйски придвинутый арбалет, ничего не сказала. Взрослеет, сопляк. Лишь бы уцелел.
— Кэт, ты бы после обеда поспала. Ты и ночью глаз не сомкнула.
— Ночью высплюсь. Если Ква лекарство приволочет.
— Неудачное это лекарство, — с явным осуждением пробормотал Жо. — Лучше пусть Хенк тебе травы снотворной заварит. Он в травах разбирается.
— Поучи меня еще, эскулап малолетний, — на редкость мирно пробурчала Катрин. — Скажи лучше — как тебе Эрго? С корабельно-технической точки зрения?
— Ничего, он матрос понятливый. Кое-что умел, многому сейчас научился. Собственно, об этом лучше с Ква говорить. Он у нас шкипер. Или ты толстяка наказать хочешь? — насторожился Жо.
— Нет, я толстого отпустить хочу. Пусть проваливает, пока город под боком.
— Хм, у нас людей мало. Пока еще кого-то наймем, — мальчик в замешательстве заерзал. — Пара рук лишней не будет.
— Это точно. Только надоело мне следить за каждым их шагом. Много внимания отнимает, я и готовить толком не успеваю.
— Ну, готовить ты успеваешь или нет — результат один, — мальчик ехидно глянул на наставницу. — С голоду мы не сдохнем, но вообще-то... Мышка от такой стряпни давно бы со стыда сгорела. И как у тебя получается, что еда обязательно или недоварится, или подгорит?
— Можешь сам попробовать, кулинар великий, — без обиды сказала Катрин. — Побаловал бы нас французской кухней.
— Я не могу, — гордо сказал Жо. — Я теперь и механик, и рулевой. Ты, Кэт, не обижайся. У тебя уйма талантов, но кулинарного среди них точно нет. Мы понимаем. Кушать то, что получается, можно. Уже хорошо. И что похихикать есть над чем, тоже неплохо.
— Хихикайте. Ты, кстати, скажи, — толстяк лишних разговоров не ведет?
— Нет. Обходит урода, — мальчик с ненавистью покосился на нос катамарана, где спал смуглый осужденный, и звучно харкнул за борт.
