Он обнаружил кучку фрейлин там, где и ожидал: в аванзале среди разложенных тут и там рулонов ткани. Дамочки шушукались между собой, ласкали ткань своими тонкими нежными пальцами, мечтательно вздыхали и вновь шептались. Терры среди них не было. Где же она? Вэл заметил среди девушек одну, стоявшую чуть поодаль. В отличие от всех остальных, она не восторгалась нежными тканями, в принципе, имея вид какой-то унылый. Вэл решил подойти именно к ней.
- Где Королева? – легкий поклон, реверанс со стороны дамы, и можно начинать разговор.
Девушка подняла на него озабоченный взгляд.
- Ее величество велела ждать ее здесь. Она взяла плащ, мне кажется, она отправилась на прогулку. Но сказала, что в скорейшем времени вернется, если вам нужно с ней что-то обсудить, то вы вполне можете подождать ее здесь!
Вэл похолодел. На улицу? Одна? Ксандр его убьет. Ему прямо было сказано не выпускать Королеву из поля зрения. Не то, чтобы Вэл верил, что Терра способна на предательство, однако приказы Короля не обсуждаются. Поблагодарив неизвестную, Вэл бросился на поиски подруги. Где она может быть? Она взяла плащ, значит, собралась на улицу. Серый дождь, заполонивший Белый Стан и его окрестности здорово проредил ряды гуляющих. Вэл не заметил, чтобы кто-нибудь из придворных покидал замок. Все предпочитали остаться в тепле, собираясь в многочисленных залах и коллекционируя сплетни. Неужели и он был таким? Вэл не помнил. Да, он был когда-то высокомерным снобом, но перемывание чьих-то косточек никогда не входило в сферу его интересов.
Где же Терра? Если Король узнает, что она отправилась куда-то одна, без сопровождения, им обоим несдобровать, это точно! Вэл посмел отлучиться только потому, что Королева была занята!
Проклиная себя и тех холеных куриц, которые по какому-то недоразумению считаются фрейлинами Королевы, Вэл вновь вышел в дождь. Холодные капли серого ударили его по волосам и лицу, смывая остатки надежд и радостей. Ветер завывал, как голодный волк, а гнущиеся деревья и кустарники, в изобилии растущие вокруг Белоснежного замка, как будто кричали от боли.
Вэлу стало жутковато. Вокруг него не было ни души, а прохлада, еще недавно казавшаяся ему раем, превратилась в бьющийся озноб, заставляющий дрожать руки в паническом страхе.
Он решил зайти в Тайный сад с «правильной» стороны, хотя сомневался, что обнаружит там Терру.
Но, тем не менее, она была там. Она стояла на открытом пространстве, глядя, как безжалостный ветер гнет вишни и яблони. С каким-то отстраненным выражением лица она смотрела, как рвутся и летят листья, как они окружают ее зеленым вихрем, как серый дождь убивает надежду. Почему-то Вэлу казалось, что именно так она и думает. Человек, у которого на душе не скребут кошки, вряд ли будет стоять вот так, под промозглым дождем, упиваясь холодом и безысходностью окружающего его действа.
Хоть она и взяла с собой плащ, надеть его она так и не удосужилась. Серой тряпкой он лежал у ее ног, промокший и совершенно теперь бесполезный. Ее новое платье цвета крови (винный, конечно, но сейчас он вызывал совершенно иные ассоциации), шелковым флагом развевалось на ветру, а черные волосы превратились в воронье гнездо. Платье было воздушным и совершенно не подходило для такой погоды. Венец Королевы Терра держала в руках, сжимая так сильно, что он порезал ей руку: Вэл заметил капельки крови.
- Терри! – крикнул он. Ветер унес его голос куда-то вдаль, чтобы хорошенько поиграть с ним и выкинуть там, где он уже будет не нужен.
Терра не шелохнулась. Она продолжала наблюдать за играми северного ветра: редкого гостя здесь, если подумать.
Вэл подошел поближе.
- Терри!
И снова ветер унес его слова. Как будто, издеваясь над чувствами двух друзей, он не позволял Терре услышать искренне беспокойство в голосе Вэла.
Она же видит его. Почему она не повернет голову, в знак того, что она его заметила?
Вэл сжал кулаки. Промозглая сырость, казалось, проникла в каждую клеточку его тела. Он попытался справиться с бьющей его дрожью, но у него ничего не вышло.
Вэл шагнул еще ближе. В отличие от него, Королева не дрожала. Несмотря на тонкую ткань платья, она, как будто, не замечала холода. Дождь превратил ее одежду в мокрую тряпку, но и это, казалось, ничуть не занимало ее. Сжав венец, она смотрела вперед.
Вэл, не выдержав, снял свой плащ и, дрожа всем телом, подошел к Терре и укутал ее.
- Нельзя же так, Терри, - сказал он, надеясь, что в этот раз она его услышит.
Он мягко взял ее ледяную руку, в которой она сжимала венец и начал осторожно разгибать ее пальцы. Боги, она изрезала их все! Серебряная корона, словно острое лезвие, оставила кровавые следы по всей руке.
