— А как все было?! — Мечница взмахнула рукой и с силой оттолкнула девушку от себя. Жрица пошатнулась, но не упала и лишь разочарованно отступила. Тем временем ее подруга продолжила кричать во весь голос: — Он напал на меня! Атаковал аурой и ушел! Если бы не вы, я бы умерла на этаже с летучими мышами!
Надо сказать, мечница знала, как нужно было обращать взгляды окружающих на себя. В плане манипуляции ей наверняка не было равных в этом городе. С такими людьми обычно даже не хотелось иметь дела, однако в этой ситуации не отчистить свое имя было столь же опасно, как и намеренно попытаться завести себе врагов.
— Если уж ты решила прилюдно рассказать эту историю, почему рассказываешь не все подробности? — Бросив ложку на пустую тарелку, Амир встал и уверенно подступил к мечнице. — Почему не говоришь, что это я спас ваши тощие задницы? Почему не упоминаешь, что вы бросили своего товарища умирать, в то время как я в одиночку побежал помогать ему? И почему ты опускаешь тот факт, что я напал на тебя только потому, что ты рискнула первая атаковать меня?
Вио удивленно отступала. Еле заметная слабая аура опутывала тело Амира. Его строгий взгляд, его уверенный низкий голос — все это вызывало мурашки и чувство беспомощности. Пока девушка делала один шаг назад за другим, Амир продолжал надвигаться на нее.
— Ты, соплячка, видимо родилась и выросла на этом этаже, так что многого еще не знаешь. Но позволь объяснить. — Кивнув в сторону окружающих, Амир недовольно нахмурился. — В башне есть свои правила, которые нужно соблюдать. Например, бросить товарища умирать — это позор. Позор, которые ложится черным пятном на всю твою репутацию. И, поверь, после этого ни один человек больше не пригласит тебя в свою команду даже если ты останешься последним желающим на этом этаже. Знаешь почему? Потому что лучше броситься в пасть льву в одиночку, чем с предателем.
Как только Амир подошел вплотную, Вио испуганно выставила руки и оттолкнула его от себя. Инстинктивно, возможно, даже не осознавая этого, она воскликнула:
— Не приближайся ко мне!
— Теперь мне и приближаться нельзя? — Амир выпрямился и отступил. — Что дальше? Не дышать?
Девушка тяжело дышала и угрожающе смотрела на него исподлобья. Она была точь-в-точь как дикая кошка, которую загнали в угол.
— В тебе нет ничего особенного! — кричала она. — Ты просто трус, который спрятался от своей команды и дожидался безопасного часа, чтобы сбежать!
— Это твоя теория, — недовольно отвечал Амир.
— Тогда что на самом деле?
Наступила секундная пауза. В этот момент перед Амиром будто появились чаши весов. Он мог мгновенно рассказать правду или же придумать что-то, чтобы отвести от себя подозрения. Но все же в этой ситуации любая выдумка могла быть раскрыта.
— На самом деле, — спокойно заговорил он, — моя команда добралась до сто шестидесятого, но потом я решил повернуть обратно.
На мгновение наступила тишина. Лишь теперь Амир решил осмотреться, чтобы взглянуть на реакцию окружающих, и то, что он увидел в их глазах, тяжело было описать словами. Смесь удивления и отчаяния, страха и непонимания — вот что он увидел в глазах всех присутствующих. Казалось, в этом месте не было ни одного человека, который хоть раз думал о том, чтобы покинуть башню.
— Обратно? — растерянно прошептала Вио. — Ты… Сам решил спуститься?
— Чего ради? — удивленно зашептала жрица, выходя из-за спины спутницы. — Ты хочешь остаться на этом этаже?
— Нет, — подобрав с пола сумку с вещами, Амир плавно развернулся, — я собираюсь покинуть башню и вернуться к семье.
Наступила гробовая тишина. В такое сложно было поверить, и Амир это понимал. Еще пару месяцев назад при виде подобного человека он бы тоже думал о нем не лучше, чем об ума лишенном. Да и вообще, принимать то, что в мире есть кто-то, готовый отказаться от дела, на которое он потратил огромное количество времени и усилий, вообще не было частью человеческой натуры. Куда больше люди стремились копать себе яму до тех пор, пока не понимали, что выхода из нее уже нет.
— Аптечка, — спокойно сказал Амир, и женщина сразу все поняла. Быстро сунувшись под стойку, она открыла какой-то ящик и достала из него небольшой сундук. Его-то Амир и взял себе в руки. — Ванная комната сейчас открыта?
— Открыта.
— Хорошо.
