— Здорово, хмырь поселковый! С Новым годом тебя! Что делаешь? Дрочишь небось там, в конуре в своей? Ха-ха! А то я к тебе сейчас приеду. Хочешь, приеду? Вместе взд… Вздр… Вместе вздрочнём по разным комнатам. По тихой грусти, ага! А-а-а-а… У тебя же комната одна в берлоге твоей! Ну, значит, не приеду. Давай, звони, не теряйся. В вотсап пиши, если что. Давай! Ю-хуууу!
— Здорово, фраер хлопчатобумажный! С праздником тебя с тем самым! Как сам-то? Тебя по новой ещё не закрыли? И правильно! И нехуй, так им и скажи. Я? Да как я? В такси еду. Шофёр вон уши развесил, ржёт надо мной. Ну, подвыпила немножко, да, праздник всё-таки. Ладно, пока-покаа-а-а! Чмоки-чмоки!
— Алёёё! Здорово, чмошник! С Но…
— Какой подъезд?
— Ой, бля, я приехала уже. Потом перезвоню, с Новым годом, чертило! Тааак… Алё, слышь, поросёнок, ты чего ещё не у дверей? Ты меня встречать должен и тропинку, сука, целовать, я за восемь соток к тебе еду! Рублей, конечно! Вылазь давай на улицу, я приехала уже! Вон тот угловой подъезд. С тысячи будет сдача?
— Конечно!
— Ага, спасибо. С Новым годом вас.
Девушка вышла из машины и пошла к подъезду.
— Алё! Здорово, тараканище усатое… С Новым годом тебя! Эге-гееей!!! Пшшшььь!
На первом этаже дома располагались какие-то офисы. Над входом в один из них висело табло и показывало —22 по Цельсию. Стрелка вниз намекала, что это не предел.
Вдоль проезжей части зигзагами шло чьё-то пьяное тело. К утру все недошедшие из пункта А в пункт Б одинокие пьяные пешеходы будут падать в снег и видеть свой последний в жизни сон. Спасать их будет некому, а в точках А и Б о них все забудут.
Внезапно телефон зазвонил тревогу. Когда оформляешься в контору, предупреждают, что в случае нападения какого-нибудь чудовища нужно приезжать и отбивать своих. В трёх километрах от меня неизвестный мне коллега на Хонде подал тревожный сигнал. Наверняка кто-то из утренних хипстеров в говно наступил. Надо ехать спасать. Ну, хотя бы попробовать. Разворачиваюсь, еду. Пока ехал, по тревоге пришёл отбой: либо кто-то доехал раньше меня, либо беда сама рассосалась. Не важно, отбой — значит, отбой. Меньше чем через час пришёл ещё один сигнал тревоги с другого берега. Настало время чудовищ. Может, домой уже?
В начале четвёртого часа ночи в машину сели два пьяных мужика и не менее пьяная баба. Один из мужиков сел вперёд, второй с бабой — назад. Я разглядел их лица. Люди с такими лицами обычно много пьют. Пьяная пассажирка сразу потребовала праздника:
— А чо, бля, музыки нет штоле? — поинтересовалась она.
Я молча включил «Шери-шери леди», специально припасённую для подобных случаев.
— Во! Это по-нашему! Громче можно?
Вся троица громко обсуждала подробности своих никчёмных жизней. Один рассказывал о том, как он ненавидит свою сестру и считает её за проститутку. Когда она купила машину, он со злости проколол ей все колёса. У мужика сзади периодически звонил телефон.
— Алё! Пошла нахуй, дура… Пошла нахуй, я сказал… Поздравляю! Вот и пошла нахуй со своей любовью!
Я поглядывал на него в зеркало. Кто такому дегенерату может звонить?
На полпути баба заявила, что нам всем нужно срочно вернуться в то место, откуда мы все едем, так как она что-то там забыла.
— Эй, лысая башка — дай пирожка, разворачивай телегу свою!
— Плюс сто пятьдесят рублей, расчёт сразу.
— А? Чё ты там сказал?
— Плюс. Сто. Пятьдесят. Рублей. Расчёт. Сразу.
— Дохуя. Едем дальше, потом съездишь, заберёшь! — осадил алкашку дегенерат.
— Эй, слышь, а что это у вас за такси такое? Как называется?
Я ответил.
— Что-то дохуя дорогое…
Стоимость этой поездки была 350 рублей. Компания всё больше мне не нравилась, и я решил потребовать расчёт до прибытия по конечному адресу.
— Так, уважаемые, вы мне что-то не нравитесь. Давайте рассчитаемся сразу?
Я остановил машину. Компания притихла.
— Давайте рассчитываться, иначе дальше я еду без вас, а вы идёте пешком. Стоимость поездки фиксированная, я имею право просить расчёт прямо сейчас.
— Братиш, у нас денег нет с собой. Но у меня дома есть. Приедем, эти двое в тачке останутся, а я за баблом схожу. Будет расчёт, ты не думай. Женщина, видишь, напилась — хуйню несёт всякую. Я вижу, что она тебя накаляет. Она больше не будет…
Мы поехали дальше. Все молчали. Я выключил «Modern Talking» и включил песню «Вечная весна» группы «Гражданская оборона». До места назначения оставались последние километры. Если в арке дома пассажиры пойдут в атаку, то под «Гражданскую оборону» отбиваться будет явно веселее. Атаковать никто не стал, но какой-то замысел всё же витал в воздухе. Я хорошо его чувствовал.
Надо всё-таки купить электрошокер.
Мы подъехали к дому. Один из мужиков пошёл за деньгами. Остальные сидели в машине.
— Я покурю? — спросил оставшийся.
— В машине не курят.
— Я выйду?
— Где ваш друг? В смысле, 350 рублей давай — и выходите оба.
Пассажир достал телефон:
— Алё. Ну, ты это, выйди, за такси рассчитайся?
В тишине динамик телефона было слышно довольно хорошо. Ушедший говорил, что уже спускается на улицу. Надо же. Неужели эти люди так просто возьмут и рассчитаются?
— Ну что, я выйду, покурю?
— Ладно, иди.
