Вы, наверное, спросите: «А за каким хером тебе вообще понадобилась „девятка“?» Дело в том, что
Машина, которая мне понравилась (если это слово вообще уместно в этой истории), была одиннадцатой по счёту. Продавал её бывший гражданин Таджикистана Файзулла, а ныне гражданин РФ Федя. Продавал в связи с лишением прав.
— Позавчера был суд. Права — пиздец, нету! — с акцентом говорил он и сплёвывал насвай в снег.
— За что лишили? — поинтересовался я.
— На красный свет проехал.
— За это прав не лишают.
— Было вот как. Я проехал на красный свет. Не специально, я не хотел. Менты остановили. Говорят: «Ты пьяный!» Я говорю: «Нет, вы что?» Они опять: «Тогда наркоман! Тебя в больницу надо, лечить». А я не наркоман, зачем меня лечить? Ну я и подписал там, что не хочу лечиться и в больницу. Чего такого, думаю. При свидетелях подписал.
— Ты что?! Это же отказ от медицинского освидетельствования! За это лишают.
— Вот и лишили! Я не знал же, что так… Машина как тебе? Покупаешь?
Машина была, как и предыдущие десять. И как, и никак одновременно. Зубило и в Африке зубило, что с неё взять? Я посидел в водительском кресле, понажимал кнопки на панели приборов. С Федей мы проехали пару кругов по парковке.
— Ну что?
— Да ебись-перевернись. Пошли оформляться!
Я как-то даже сам не ожидал, что так быстро решусь. А чего было ждать?
Мы пошли в павильон с табличкой «СПРАВКА-СЧЁТ». Федя пометил крыльцо насвайной слюной. В павильоне за столом сидела девушка с дорогими некрасивыми ногтями.
— Документы доставайте, всё, что есть! — произнесла она голосом диспетчера пригородной железнодорожной станции.
Я достал паспорт гражданина РФ. Федя достал такой же паспорт, паспорт на машину и генеральную доверенность. Девушка внимательно изучила все бумаги и сказала, что сделка не состоится.
— Во-первых, у вас доверенность на какого-то Али-Бабу из Таджикистана, там паспортные данные таджикские. А вы мне российский паспорт суёте, это два разных документа. А во-вторых, доверенность эта кончилась. Так что я не знаю, как вы что собираетесь оформлять.
Мы вышли из павильона. Федя погрустнел и снова закинулся насваем.
— Пиздец. Стал, блять, русским.
— Чего?
— Зачем я стал русским? — смешил Федя своим таджикским акцентом.
— Это тебе виднее.
— Права забрали. Теперь и машина как не моя получается. Мне пацаны говорили, что если был бы у меня таджикский паспорт, то в суде я бы сказал, что не понял ни хуя этих ментов, а они обманули меня, подставили. А так как я русский уже если — то не ебёт. Русским переводчиков не надо. Как теперь с машиной быть?
Федя сплюнул насвай и окончательно сник.
— Давай паспорт.
Федя достал российский паспорт.
— Да не этот. На машину. Попробую настоящего хозяина найти. Если всё получится — с тебя скидка.
Федя отдал мне все документы на машину, которые у него были. Я внимательно осмотрел ПТС (паспорт транспортного средства), нашёл там адрес последнего официального владельца и поехал к нему. Его звали Николаем. Он был прописан на другом конце города. Я ехал и думал, что будет весело, если он живёт не по прописке. А ещё о том, что быть русским в России сегодня не очень выгодно. Особенно когда ты таджик.
По адресу последнего владельца дверь открыл какой-то парень лет двадцати двух.
— Николай?
— Да, а чё?
— Продай «девятку»?
— У меня нет «девятки». Давно уже нет.
— Да ладно? «Справка-счёт» через дорогу. Сходим быстро, переоформим? Одевайся, по пути всё расскажу.
Колян громко ржал, когда я рассказывал ему историю про Федю-Файзуллу.
— А я и думаю, чего мне менты звонили?
— Менты?
— Да. Звонит мне мент и говорит, мол, так и так: явись в отдел, напиши заявление в угон. Ну, типа у меня «девятку» эту угнали. Мы, говорит, тебе тачку вернём.
— А ты чего?
— Да нахер надо. Если этот Файзулла…
— Федя.
— Тем более. Если этот Федя — чурка тупой, то что теперь, всяко разно с ним вытворять можно и угоны на него вешать?
— А как они хотели на него угон повесить, если у него доверенность была?
— Да хер его знает. Говорю как было. Два раза звонили…
— Прям преступление века хотели раскрыть.
— Да ну их.
Мы оформили все необходимые бумаги, согласно которым я почти стал новым хозяином машины. Мы попрощались с Коляном, и я поехал обратно на другой конец города, где покоилась уже почти моя «девятка».
Я рассчитался с Федей и забрал у него ключи. Их было четыре: ключ зажигания, ключ от крышки багажника и по одному от каждой передней двери.
