Отечественные автомобили сближают примерно так же, как и служба в армии. Всякий, познавший все прелести владения «Ладой», завсегда поймёт и поможет такому же. Особое зрелище представляют в этом смысле круглосуточные магазины запчастей.
Приезжаешь к условному «АВТОЗАПЧАСТИ ВАЗ 24 ЧАСА» в два часа ночи, а возле магазина — куча машин и куча людей. Капоты открыты, ремонт идёт, фонари горят у всех, музыка у кого-то играет: с одного угла Круг, с другого — «Король и шут». Парни от машины к машине бегают.
— Да один-три-четыре-два порядок зажигания. Ты провода перепутал, посмотри вон, как у пацанов сделано.
— Парни, а головка на тридцать глубокая есть? Чё-т моя проебалась куда-то.
— Пацаны, мы с браткой ща за шаурмой, взять кому чего?
— Нам две сырных люкс! — кричат из под «пятёрки».
— И одну без мяса, можно? — робкий голос из под открытого капота «копейки».
— А мне попить!
Заходишь в магазин. В очереди консилиум идёт. Парень с полосой мазута под носом излагает симптомы:
— Искра есть! Проверял. Бенз качает заебись! Воздух тоже. Хули ей надо?
Другие внимательно слушают и утирают грязными руками носы.
— Хули ты хотел, это «четырка». У «четырки» вообще всего два плюса. Первый — это что двигатель инжекторный.
— А второй?
— А второй на аккумуляторе!
Очередь взрывается хохотом.
Все эти люди незнакомы и, скорее всего, видят друг друга впервые. Но всех их связывает одно слово из трёх букв — ВАЗ.
Я ехал домой с работы, и ничего не предвещало беды. Впереди была кольцевая развязка, а в трёх километрах от неё — дом. Метров за пятьсот до того самого кольца машина начала троить и пердеть, а потом и вовсе заглохла. До развязки оставалось метров триста. Я проехал их по инерции и остановился аккурат перед кольцом. Попробовал завести ещё раз. Хер там ночевал!
— Ну чего ты? Давай! Ну пожалуйста!
Всё было тщетно. Сзади кто-то посигналил.
— На хер пошёл, да? — прошипел я и снова попробовал завести.
Сзади посигналили ещё. Я включил аварийку, откинулся назад и выдохнул. Для начала нужно успокоиться и перестать нервничать.
Слева от меня остановился КамАЗ, который тянул на тросе пассажирскую «газель». Водитель КамАЗа пропустил всех, кто ехал по кольцу, и резко рванул с места. Буксировочный трос, на котором тащилась «газель», оторвался. Однако КамАЗ этого даже не заметил и спокойненько поехал куда-то в сторону Омска.
Таким образом, моя «Лада» и чья-то «газель», заняв два ряда из двух, блокировали выезд на кольцо.
Мне опять посигналили. Я дёрнул капот и вышел на улицу. Сзади меня стоял «Ситроен», толстый водитель которого тоже вышел из машины.
— Хули стоим? — крикнул он на меня.
— Сломался, не видишь?
— И чё?
— В очё!
— Заебись! Понаберут говна!
— Кто бы говорил!
— Убирай давай корыто своё.
— Куда?
— Убирай на хер её с дороги! — кричал толстый
— Да я бы с радостью! Не едет она! — я готов был разрыдаться и сжечь свою машину прям там же.
— Да кого ебёт? Толкай!
Я опустил стекло водительской двери, упёрся в левую стойку и начал толкать. Перед тем как машина сдвинулась с места, я посмотрел назад. Сзади и там сверху на меня смотрели полсотни машин и водитель каждой из них желал мне смерти. В это время из сломанной «газели» выскочил усатый мужик с татуированными предплечьями и кистями рук.
— Хорош орать! Есть телефон? У меня сел. Надо камазисту звонить. Он, еблан, кажется, так и не понял, что я отвязался.
Водитель «Ситроена» не унимался:
— Убирайте корыта свои!
— Пошёл на хуй, пока я тебе лобешник монтажкой не расхуярил. Выскочил, блять, петушара, закудахтал! — глаза газелиста налились кровью.
Сзади продолжали сигналить. Из других машин начали выходить другие люди. Газелист посмотрел на меня:
— Ну что, зёма. Давай твою столкнём пока. Тебе в какой съезд?
Мы упёрлись в машину. Я рулил через открытое окно, газелист толкал сзади. Так мы проехали кольцо, съезд и поставили машину на обочину.
— Ладно, зёма, удачи! — бросил газелист и побежал обратно.
— Спасибо! — крикнул я вслед.
Возле «Газели» уже вертелся вернувшийся КамАЗ. Я сделал музыку погромче, вновь упёрся в левую стойку и потолкал машину в сторону дома. Первые метров пятьдесят она вполне легко шла. Потом сложнее. А потом ноги начали забиваться. Обгоняя меня, рядом проезжали машины. Некоторые из них сигналили, и в каждом сигнале я чувствовал издевательский смех.
Со мной поравнялся какой-то мужик на «Ниссане».
— Помочь? — спросил он через окно
— Мне уже ничем не помочь.
— Далеко тебе толкать?
— Ерунда. Километра три.
— Стой. Отдохни. Я тут живу, вон там дом. У моего тестя «Нива». Я её возьму и приеду сюда. Пять минут подожди!
Я столкнул машину на обочину и сел рядом. Сперва на корточки, а потом на землю. Солнце плавило асфальт. Со лба в глаза стекал пот. Жить не хотелось.
Парень на «Ниве» приехал довольно быстро. Он сам достал трос и сам зацепился.
— Садись за руль!
— За какой?
— Да, в общем, похуй. За любой. Можешь в «Ниву» за руль. Я всё равно не знаю, куда тебя тащить.
— Я тоже… Может, сжечь её к чертям?
— Мозги не еби. Понимаю, стресс.
