– Господин Джонни, – подсказал Вадим.
– Да, господин Джонни, приятно было познакомиться. Как хорошо увидеть вас здесь. Приехали хорошо? Вижу, приехали хорошо. – Она не знала, куда деть руки. – Если большие туристические автобусы могут ехать по этой дороге, то и маленькая машина тоже может ехать. Да. Вы, конечно, сделаете для нас гостиницу, две гостиницы. Да. Красивые гостиницы…– Она в беспомощности прекратила речь, ибо от волнения мысли у нее смешались, по причине чего словарный запас внезапно оскудел.
А Джонни было не до веселья. Вобрав голову в плечи, он с неприязнью вслушивался в лепет легкомысленной дамы.
«Что за вздор несу! Как первоклашка!» – опомнилась Валентина. Она распрямила плечи.
– Господин Джонни, – придала голосу внушительный тон, – я покажу вам, где и как на пляже поставить такие вещи, как Микки-Маус, Том и Джерри и другие куклы, вы, я думаю, понимаете меня. Их надо сделать, пожалуйста, от гипса. Мы потом покрасим их, вы понимаете… хорошие цвета. В центре поставим карусель. – Для наглядности Валентина стала делать рукой кругообразные движения. – Нехорошо ставить его далеко-далеко, думаю, вы понимаете меня. Три-четыре качели для детей, – она попеременно начала поднимать и опускать руки, – думаю, хватит. Пожалуйста, простите, Микки-мауса, Тома и Джерри, и другие куклы сделайте, пожалуйста, крепко, чтобы ветер не унес их. Что вам еще сказать? – остановилась.
– Думаю, все, – удовольствовалась улыбкой Валентина. – Если будет что-то, я потом вам скажу. Нет! Еще одна просьба. Хочу поставить еще куклы, другие. Они становятся большие от воздуха. Много-много воздуха, и они большие. – Она надула щеки. – Дети любят. Они маленькие и любят куклы. Сделайте …
Джонни не дал досказать ей свою мысль.
– Мадам, прекратите!– вознегодовал он. – Я куклы не надуваю! Зачем мне их надувать?! – Он перевел взгляд на Вадима. – Разве я говорил, что надуваю куклы? Мы не договаривались насчет сопливых детей! Зачем я сюда пришел?! Строить мне гостиницу или нет?! – впал в отчаяние.
Валентина от резкой перемены ситуации пришла в замешательство. Осознав, что потерпела афронт, кротко, в надежде на помощь, посмотрела на Вадима. Тот, моментально изжив улыбку, прошептал ей:
– Поднимись наверх.
Валентина тотчас устремилась к гостинице. Ее уход Джонни сопроводил сердитым взглядом.
Вадиму пришлось проявить выдержку и старание, чтобы унять возмущение мастера.
– Джонни, она плохо знает ваш язык. У нее дельные соображения, я после тебе их растолкую, – сказал Вадим, когда понял, что Джонни начал отходить.
– Вадим, сделай именно так, если сможешь. – В глазах стояла мольба. – Только ты со мной разговаривай. Я исполню любое желание, но чтобы оно исходило только от тебя. Будь рядом со мной, не допускай ее сюда, прошу.
– Принимаю твое условие.
Заверение Вадима возымело свое действие, Джонни с облегчением вздохнул. Вадим перешел к сути вопроса.
– Вот здесь, – он указал рукой в сторону от гостиницы, – построим первый корпус. Что скажешь? Кажется, места хватит.
– Постой, Вадим. Я все обдумал, и проблем не будет, обещаю, сделаю так, как ты скажешь. Вадим, я хочу поговорить о другом. Верь мне, я против этой дамы ничего не имею, не знаю, кто она для тебя. Но я дал себе слово никогда не вступать с женщинами в деловой контакт. У меня на этот счет есть горький опыт. Я два раза из-за них чуть не прогорел. Они не знают, чего хотят, но всегда считают себя знатоками дела, понимаешь. Они – что кастрюля, звон есть, но внутри пусто. Друг, голос свыше мне сказал, чтобы я никаких дел не имел с ними. Они только одно греховное дело хорошо знают, больше ничего, понимаешь. Вадим, если был бы вместо тебя другой, я бы отказался. Ты у меня сидишь уже в сердце. Даю тебе слово, сделаю так, как захочет эта дама, но только чтобы она не показывалась. В третий раз мне точно придет конец. – Лицо сделалось страдальческим. – Дай мне слово, что выполнишь мою просьбу.
– Даю слово, я же обещал. – Вадим остался в недоумении: настоятельная просьба казалась нелепой.
– Я тебе после все расскажу, может, ты даже заплачешь. —Джонни был искренен в своих чувствах.
– Джонни, думаю, не стоит расстраивать себя неприятными воспоминаниями. Убежден, что не стоит, – проявил к нему сочувствие.
– Ты прав. – Взор был исполнен печали. – Через неделю приходи, я приготовлю документацию. Эх, Вадим.
Он сел в пикап и уехал.
(Джонни, как и уверял, сдержал свое слово: контракт, смету и другие необходимые документы Вадим получил в означенное время. По договору заказчиком значился Вадим, от него и требовалась подпись. «Только ты и никаких женщин», – Джонни был неумолим. Вадим не сообщил Валентине о своеобразном решении строителя: не хотел огорчить. К тому же, счел он, не представит затруднений найти повод, чтобы «убрать» Валентину вон с глаз Джонни.
После того дня они больше не виделись. Джонни звонил ему несколько раз, но Вадим под благовидным предлогом отказывался от встречи. Вероятно, перманентная радость того была Вадиму в тягость.)
Вадим остался стоять, глядя вслед удалявшемуся автомобилю:
