Однажды Вадим пожелал поразвлечь и Валентину – позабавить ее веселеньким антре. В один из вечеров, после тренинга, он вышел к своим подопечным с двумя головными уборами, которые приобрел специально в магазине. На голову Ромео водрузил и укрепил тесемками синюю бейсболку, а Джульетту «обрадовал» белым шелковым капором. Собаки не испытывали восторга от подношений. Ромео возводил испуганно очи кверху, потому что козырек уменьшил обзор до кончика носа, а у Джулии вдруг зачесалась голова: скребла лапой по покрытой голове.
А задумал он хохму. Решил обучить питомцев правилам хорошего тона, точнее, церемониалу приветствия, принятому в старину при царском дворе. Когда Вадим представлял себе сценку, то трясся от беззвучного смеха. Затея представлялась сногсшибательной: они с Валентиной после вечернего свидания возвращаются домой, Джулия в светском стиле приседает в глубоком реверансе, а Ромео, поднявшись во весь рост, шаркает «ногой» с почтительным наклоном головы.
Вадим понимал, что привить собакам за какие-то несколько часов аристократичные манеры есть полная чушь. Тем более не помышлял и о безукоризненности исполнения. Соль заключалась в том, что старательные, но неуклюжие попытки подопечных однозначно вызовут у Валентины гомерический смех.
Он приступил к делу. К его разочарованию, собаки продемонстрировали полную несостоятельность. Джулия постоянно повергалась на поджатый в страхе хвост. Ромео страшно водил глазами, под окрик поднимался на задние лапы, тотчас стремительно падал на передние, не успев при этом шаркнуть. Вадим не падал духом, запасся терпением, с настойчивостью пытался добиться хотя бы некоторой пародии. Постановка поглотила его до такой степени, что он прошляпил время встречи с Валентиной.
Он не услышал, как она открыла калитку, подошла сзади. Догадался о ее появлении, когда Джулия, упав в очередной раз, замерла в сидячей позе, глядя мимо него. Вадим мгновенно обернулся, наткнулся на суровый взгляд Валентины.
– Зачем это тебе? – Она поджала губы.
Вадим вдруг подумал, что, будь он маленьким, Валентина однозначно отвесила бы увесистый подзатыльник.
– Разве не смешно? – выразил сожаление.
– Нет, не смешно – печально. – Собаки, понурив головы, смотрели в землю.
Валентина ушла, оставив его с собаками.
Вадим, к облегчению питомцев, быстро стянул с них уборы, устремился к дому.
– Жаль, не учел одной вещи – темно сейчас. Было бы светлее, не удержалась бы от смеха. Видела бы ты выражение их глаз! – заявил, как только вошел в гостиную.
Она окинула его мрачным взглядом:
– Я видела не серьезного мужчину, а легкомысленного мальчишку, который занимался ерундой. Вадим, мне порой кажется, что ты до сих пор переживаешь стадию взросления. Делаешь глупость и радуешься как ребенок, причем хочешь, чтобы и я радовалась. Не удивлюсь, если начнешь хвастаться «историческими» победами над оловянными солдатиками. Могу подсказать, где продают набор этих игрушек.
– Не вижу повода для насмешек, ты повторяешься, – вдруг возмутился. – Многие известные люди со страстью предавались игре в оловянные солдатики. Это, к твоему сведению, и есть хобби.
– Пожалуйста, не обеляй себя.
– Почему же? Каждый нормальный человек имеет право на защиту своей точки зрения. – Он беспокойно заходил по комнате. – А насчет глупости я тебе вот что скажу. У великого Ньютона были кошка и котенок. Он держал их при себе, в рабочем кабинете. Когда они просились наружу, то он отрывался от работы, вставал, открывал им дверь. Чтобы они впредь не мешали ему работать, он однажды прорезал в двери два сквозных отверстия: одно большое, другое поменьше. Кошки теперь запросто могли выходить, каждая через свой проход, не отвлекая его от занятий. Видишь, какую глупость он совершил?
Валентина ничего парадоксального в поступке ученого не усмотрела, в то же время странное заключение озадачило, что не укрылось от внимания Вадима.
– Довольно было проделать одно, но большое отверстие, – пояснил он.
– Не учи, нетрудно догадаться, – мгновенно сообразила она. – На то он Ньютон, ему все позволено, по крайней мере, он не мучил кошек. Несчастные собаки – и врагу не пожелаю.
– Да пойми ты наконец: была безобидная шутка. Со скуки и не такое вытворяют, это нормально. Желал рассмешить только тебя, что тут плохого.
Валентина вздохнула, встала с дивана и удалилась. Вадим с досадой на лице прекратил движение по комнате.
По обыкновению, перед сном они остаток вечера проводили в приятных беседах. На сей раз домашняя традиция нарушилась – было от чего впасть в грустное настроение. Зато следующий вечер прошел в атмосфере взаимопонимания и согласия.
Жизнь Вадима направлялась по задуманной им колее. Лишь одна видимая преграда – весеннее полнолуние – стояла поперек пути. Однако теперь стена препятствия настолько истончилась, что превратилась в прозрачную пленку, через которую он отчетливо видел вожделенную свободу.
