В эти напряженные дни на подходе была еще одна напасть. Валентина в разговоре с ним постоянно затрагивала злободневную тему строительства гостиницы. Она не делилась планами, она впадала в раздражение.
– Этот тип мне с самого начала не понравился, – негодовала. – «Я не в куклы пришел играть», трепло! Срок давно истек, чего он медлит? Где он, ты звонил? – неизменно спрашивала.
– Он еще не вернулся из командировки, – отводя глаза, отвечал Вадим, – ждут со дня на день.
– Звони каждый день, достань его мне! Видала я таких, фанфарон несчастный! И где ты его выкопал? – искренне возмутилась.
На что надеялся Вадим, обманывая ее, – сам понятия не имел. Он ненавидел и презирал себя, однако изменить ситуацию был не в силах. В беспомощности своей покорно ждал развязки. И она наступила скоро.
Вечером Валентина вместо обычных приветственных слов с чувством возмущения вручила ему конверт:
– Вот, почитай, пришло из банка. Через десять дней твой кредит аннулируют, а мы сидим и тупо гадаем.
– Хорошо, дома почитаю, – едва слышным голосом ответил Вадим.
– Не читать надо, а действовать. Завтра утром не провожай, встань пораньше, сходи к нему и покажи эту бумагу. Врут нам, ни в какой командировке этот тип не находится. Чую, за лохов нас держат.
– Хорошо, завтра утром схожу к нему, – промолвил Вадим.
– Это надо было раньше сделать. За шкирку притащить к гостинице, носом в землю ткнуть. Постой, а почему ты этого раньше не сделал? – неожиданно удивилась. Вадим растерялся.
– Я спрашиваю: почему ты наивно поверил его сказкам, не явился к нему, не потребовал начать строительство? – сверлила глазами Валентина.
Вадим молчал.
– Чего уставился на меня? Раньше надо было соображать. Пошли, дома обсудим.
Вадим поплелся за ней.
– Пошел бы к нему, этот пройдоха нашел бы отмазку. А потом начал бы завтраками кормить, – размышляла вслух Валентина на ходу. – Нет, надо действовать решительно. Завтра же пойдешь к нему, ударишь кулаком по столу, если не в морду, потом притащишь ко мне. Мужчина ты или кто? Я буду ждать вас. Отложу все дела и буду ждать. Посмотрю в его бесстыжие глаза.
«Бедняга Джонни, и вправду натерпелся», – пронеслось в голове Вадима.
– А может, мне самой к нему пойти? – осенила ее идея.
– Нет, не надо! – мгновенно отреагировал Вадим.
– Ты так считаешь? – затем, подумав, согласилась. – Правильно решил, это твое дело. Займись им по-мужски, надави. Понял?
«Она может пойти к нему!» – Вадима бросило в пот.
– Валь, Джонни отказался строить гостиницу, – выдал он.
– Как отказался?! – она резко обернулась к нему.
– Позвонил и сказал, что отказывается.
– Что-то не пойму. Ты спросил, почему?
– Да, конечно. Ответил, что возникли проблемы.
– А то, что он нам создал проблемы, не сказал ему?
– Я уговаривал его, но он твердил свое, извинялся. Валя, придется смириться и забыть о нем.
Совет не пришелся по душе Валентине. Она резко отвернулась от него, ускорила шаг. Вадим не спешил за ней.
В гостиной она сидела на диване, ждала. Он, не глядя на нее, опустился в кресло.
– Когда он позвонил? – спросила она.
– Не помню, – понурил голову.
– Пожалуйста, постарайся вспомнить.
– Валь, ну какое это имеет теперь значение? – жалобно произнес.
– Имеет значение, не тяни.
– Кажется, сегодня.
– Он не сегодня звонил. Ты бы точно запомнил, без «кажется».
– Поверь, ничего уже не изменить.
– Ты объяснишь мне, что произошло на самом деле?! Не верти хвостом, по глазам вижу, что-то скрываешь.
Не получив ответа, серьезно предупредила:
– Вадим, я не оставлю тебя в покое, пока не услышу всю правду. Странно, надо быть последним идиотом, чтобы отказаться от такой выгодной сделки. У них здесь не работа ищет человека, а наоборот. Так что выкладывай все начистоту.
Угрызения совести перестали терзать Вадима. Он окончательно убедился в том, что поступил верно: Валентине стало бы намного горше, если Джонни расторг бы контракт уже в процессе строительства. Джонни, не в пример тому мастеру, с которым постоянно «воевала» Валентина, не вынес бы и трех дней.
– Раз настаиваешь, открою правду. Джонни редкий женоненавистник, – «удовлетворил» ее требование.
– И шут с ним, – не задумываясь ответила, но потом: – А к чему ты клонишь? При чем здесь женщины? Не вижу связи.
– Связь непосредственная. Он считает, что женщина на стройплощадке – это дурной знак, работа не пойдет.
– Что он выдумывает. Так и сказал? – недоверчиво посмотрела на Вадима.
– Да. И вообще, он уверен в том, что от женщин одни беды. Он так считает.
– Интересно, как это бабы сумели ему так нагадить, что он на весь свой лживый век их так возненавидел?
– Наверное, было что-то, он не вдавался в подробности, – Вадим остерегся рассказать ей то, каким образом женщины нагадили.
– Постой! А почему, скажи мне, тогда он согласился? – хищнически впилась в него глазами.
– Я дал ему обещание, что не будет решать с тобой вопросы по работе.
– Это почему же?! – возмутилась.
– Все потому же, – Вадим старался выглядеть невозмутимым.
– А как он хотел6 сделать тяп-ляп и денежки в карман, да?
Валентину не удовлетворили комментарии Вадима.
