Ей было больно видеть прекрасное здание в столь неприглядном состоянии. И горько было наблюдать, как Скотт звонит Фрейе, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Больно смотреть на него теперь, прекрасно понимая, как нелегко будет восстановить былое величие офиса Элстромов.
Но всего больнее было осознавать, что вряд ли она сможет помочь ему. У Тони оставалась на это всего неделя. Потом придется вернуться на работу. Начальник уже известил ее о том, что в понедельник утром она должна лететь в Мадрид, а оттуда, не задерживаясь, в Афины и провести там три недели, работая над проектом о каких-то хозяйственных принадлежностях. В общем, работа со Скоттом подошла к концу.
Что же им теперь делать? Что
Как назло, пока Скотт разговаривал с пожарными, зазвонил телефон. Резкий звук заставил Тони вздрогнуть. Сегодня она вообще порядком перенервничала. Она сняла трубку и сказала как можно доброжелательнее:
– Главный офис картографии Элстромов. Добрый день.
– Не особенно и добрый, – проворчал мужчина на другом конце провода. – Мне нужен Скотт. Он здесь?
Тони поманила его рукой. Тот кивнул, дескать, вот-вот освободится.
– Сейчас позову. А кто его спрашивает?
– Передайте, что звонит Трэвис. Он тут же подойдет.
Скотт увидел, как вытянулось лицо Тони, и нахмурил брови. Но ее удивленная физиономия не шла ни в какое сравнение с гримасой ярости, перекосившей лицо Скотта, когда он взял трубку.
– Я ждал, пока ты позвонишь. Что-то долго ждать пришлось, не находишь?
Он и не думал скрывать раздражение. Все чувства Скотта были написаны на его лице. Каждое слово звучало резко, как выстрел.
– Что ты сказал? Продать здание? Конечно, так я и поступлю. Из-за всякой ерунды продавать здание – это вполне в твоем духе.
Трэвис, видимо, сказал что-то обидное, потому что Скотт, и так державшийся с трудом, пришел в совершенное негодование.
– Ах, отец так хочет? Откуда ты знаешь, черт бы тебя побрал, чего хочет
И он с шумом бросил трубку на рычаг, выругавшись сквозь зубы. Тони подошла ближе. Несколько минут было слышно только его прерывистое дыхание. Наконец она решилась нарушить тишину:
– Мне показалось, Трэвис несколько взволнован. Ужас как быстро разлетаются плохие новости.
Скотт с яростью сорвал резиновые перчатки и посмотрел Тони в глаза. Он был не просто разъярен – он пребывал в бешенстве! Тони не отступила ни на шаг. Наконец он заговорил. Каждое слово врезалось ей в мозг, как кинжал.
– Взволнован, да? Вот как? Трэвис был взволнован? Да что ты вообще знаешь о нем? Рассказать тебе кое-что? – Он не произносил, а будто выплевывал сквозь зубы ненавистное имя. – Ему не давало покоя осознание того, что его мать посмела снова выйти замуж! Да еще за кого? За моего отца, скучного, нудного интеллигента в очках! Да ведь он недостоин такой женщины! Мало того, у него двое детей, с которыми бедняжке пришлось налаживать контакт! Трэвис приложил все усилия, чтобы разрушить этот брак. И это прекрасно удалось. Но ему показалось мало. Он решил стать профессиональным разрушителем браков. Знаешь, чей был следующий на очереди? Мой!
Тони тяжело вздохнула:
– Скотт, мне так жаль.
– Ах, тебе жаль? Ты представить себе не можешь, каково это – застать жену со сводным братцем, которые в твоей комнате занимаются отнюдь не семейным бизнесом. А впрочем, это и был чистый бизнес в понимании Трэвиса. Ну а чем не бизнес – сломать конкуренту жизнь?
– Ты все еще любишь ее?
– Дело не в этом. Довольно трудно любить человека, предавшего тебя. Такое, знаешь ли, не забывается. Но, повторюсь, дело не в этом. Очень скоро после этого я нашел контракт, позволивший мне уехать как можно дальше от Лондона. А уже отправив меня на Аляску, Трэвис мог спокойно и без препятствий разрушить семейный бизнес. Очень просто.
– Подожди, Скотт! Ты думаешь, он все это спланировал?
– Я не думаю, я в этом уверен. Тут и думать нечего. Трэвис в первый же день знакомства, глядя мне в глаза, пообещал отобрать все, что мне дорого. И это обещание сдержал.
Скотт, до этого меривший шагами комнату, остановился и продолжал, загибая пальцы:
– Во-первых, внезапно возникший интерес к семейному бизнесу. С чего бы вдруг? Женившись, отец разделил свое имущество пополам и довольно внушительную сумму от собственной части отстегнул Трэвису в день совершеннолетия. И что же сделал Трэвис? Убедил свою мамашу оформить ее имущество на имя сына. Для любящей матери это не проблема. Получилась довольно неплохая сумма, чтобы бороться на равных.
– Но что он мог сделать? Ведь бизнесом управляли ты и твой отец.
