Ратма расправил плечи.
– Разумеется, нет.
Изданный драконом звук оказался весьма похож на вздох облегчения.
Вот оно. Вот замыслы Лилит и перестали быть тайной. В который уж раз он недооценил ее могущества и коварства!
Если бы не отчаянный зов Рашима, тут бы эдиремам и конец. Полностью сосредоточившись на мироблюстителях, подходящих с тыла, они знать не знали бы о второй укрытой от их взоров силе, пока та не вступит в бой.
Намерена ли демонесса взять большую часть соратников Ульдиссиана живьем, или же истребить их и все начать сызнова – то было дело десятое. Так или иначе, мечтам Ульдиссиана на этом самом месте настанет конец, а Санктуарий достанется либо ей, либо Инарию. И тогда Род Людской будет навсегда преображен согласно желаниям победителя – в чудовищное воинство под командованием Лилит, или в толпу обожателей, пресмыкающихся перед ангелом.
Едва сообразив, в чем дело, Ульдиссиан передал полученное предупреждение остальным. Серентию с Тимеоном он подозвал к себе, а остальным велел развернуться навстречу новой опасности.
Отряды Тимеона с Серентией подошли к нему без промедления, всего на пару мгновений опередив мироблюстителей, которых готовился встретить Ульдиссиан.
С дикими завываниями служители Трех ринулись на строй эдиремов. Поддерживая спокойствие в умах стоящих рядом, Ульдиссиан принялся показывать им, как и куда направлять силы.
Но вдруг двое его соратников упали с ног, забились в мучительных судорогах, а через пару секунд замерли без движения. Почувствовав чары жрецов, Ульдиссиан ударил в ответ – с мрачным удовлетворением раздавил их сердца в груди. Трое жрецов рухнули замертво.
Для боя эдиремы вооружились не только новообретенными способностями. Ульдиссиан прекрасно понимал, что многим в сем отношении сил надолго не хватит. У каждого имелся меч, или вилы, или любое другое привычное орудие труда, которое можно легко превратить в оружие.
Первый ряд мироблюстителей наткнулся на незримую стену, воздвигнутую перед ними волей Серентии. Однако бегущие следом усилили натиск, и посему к обороне потребовалось присовокупить нападение. Для начала Ульдиссиан предложил эдиремам простейшие из заклинаний, и на вражеских латников обрушился град огненных шаров. С полдюжины мироблюстителей пронзительно завопили, тщетно пытаясь погасить
Обрадованный этаким поворотом, Ульдиссиан потянулся мыслью к Серентии. Что ему требуется, дочь Кира поняла с полуслова.
Как будто подчеркивая уверенность в собственных силах, Серентия подняла копье и метнула его в надвигающегося врага. Подхлестнутое ее даром, копье не только пронзило мироблюстителя насквозь, но увлекло его тело назад, навстречу второму воину, и этого второго, подобно первому, закованного в кирасу, постигла та же самая участь. Оба врага пали замертво.
Серентия вскинула руку, и копье, само собой высвободившись, полетело назад, в подставленную ладонь.
– Ступай! – с улыбкой повторила дочь Кира.
Кивнув, Ульдиссиан развернулся и побежал к Сарону, собравшему вокруг себя сильнейших из своих эдиремов, дабы объединить их силы и для атак, и для обороны. В середине лагеря были собраны самые маленькие и слабые, но Ульдиссиан, как всегда, не оставил их без защиты. Среди них имелись те, кто умел прикрывать окружающих от ударов, однако более сильные эдиремы тоже за ними присматривать не забывали. Ульдиссиану совсем не хотелось, чтобы чары жрецов достигли тех, кто хуже прочих способен отбиться.
Его появлению Сарон очень и очень обрадовался.
– Мастер Ульдиссиан! Мы уж пробовали, пробовали, но тех, кто, как ты говоришь, приближается, не чуем! Не мог ли Рашим ошибиться? Он ведь так далеко!
Размышлять над последним его замечанием у Ульдиссиана времени не было – тем более, после того, как предупреждение подтвердилось.
– Они идут, Сарон, идут, да еще как! Всем приготовиться! Среди них много морлу, а этих остановить куда трудней, чем мироблюстителей…
Тораджанин вмиг помрачнел.
– Да, мастер Ульдиссиан. Я знаю. Одна из этих тварей убила Томо.
Прежде не слышавший, что стряслось с двоюродным братом Сарона, Ульдиссиан в растерянности умолк, но вдруг почувствовал волну чудовищной злобы у самой границы лагеря.
– Гляди в оба, Сарон, они уже здесь!
Отправив предостережение остальным, Ульдиссиан занял место в первых рядах и широко развел руки в стороны, готовый повторить проделанное с первыми нападавшими.
