– Так я и понял, хотя поначалу испугался, что Серентия убита, подобно мастеру Итону, – откликнулся Мендельн, с досадой взглянув на звездного змея, заставившего его поволноваться… хотя на деле положение Серентии оказалось разве что немногим лучше. – Нужно придумать, как вынудить демонессу оставить ее…
– Это не слишком просто, – вмешался в разговор Ратма. – Уж мне-то давно известно, как крепко держится мать за все, что ей на пользу… и, думаю, ты, Ульдиссиан уль-Диомед, тоже об этом помнишь.
– Плевать! – злобно оскалившись, зарычал в ответ Ульдиссиан. – Серентию я намерен спасти… и остальных тоже! Их нужно хотя бы предупредить!
Ратма перевел взгляд на дракона.
– Что скажешь, Траг?
– А
– Да, это чистая правда, – подтвердил Ратма. – Она уже заразила тебя собственной тьмой. Вернувшись к Лилит в то время, ты лишь позволил бы ей довести заклинание до конца.
Справедливость их слов Мендельн вполне понимал, однако за брата счел нужным вступиться.
– Ну, а мы отчего не сделали большего?
– А это тебе следовало бы понимать самому, – отрезал в ответ сын Лилит. – О существовании Траг’Ула не должны знать ни мои родители, ни Преисподняя, ни Небеса. Ради высшего блага всего Санктуария – ради его целости и сохранности – Траг’Ул должен неизменно оставаться вне поля их зрения и удерживать мир в Равновесии. А что до меня, – переведя дух, добавил он, – мне судьбой предназначено совсем иное. Это я знаю всю жизнь, но большего сказать не могу.
Подобным ответом Мендельн, не говоря уж об Ульдиссиане, остаться доволен не мог, но оба они понимали: больше из Ратмы вправду ни слова не вытянешь.
Между тем, Ульдиссиану явно все сильнее и сильнее не терпелось взяться за дело… сделать
– Не так уж все безнадежно, – заговорил он, успокаивая Ульдиссиана. – Ведь есть же еще кое-кто, и прямо сейчас…
Однако продолжить Ульдиссиан ему не позволил.
– Неудивительно, – выпалил, обращаясь к дракону, старший из Диомедовых сыновей, – что Инарий и демоны так долго вертят нашим миром, как захотят! Ты только мешаешь тем, кто для тебя не опасен, а самых страшных врагов будто бы не замечаешь!
Мендельн примирительно положил руку на плечо брата.
– Ульдиссиан…
Но старший брат даже не оглянулся на младшего.
– Скажи же, Ратма! Добились мы от Камня Мироздания
– Определенно, да, но вот насколько – это покажет лишь пристальное наблюдение. Подождем, поглядим…
– Нет уж, хватит с меня! Нагляделся! Я…
Окрик Траг’Ула прозвучал лишь в их головах, но всех троих словно бы поразил удар грома – даже Ратма, страдальчески сморщившись, стиснул ладонями виски.
Услышав это, все трое вмиг навострили уши. Ульдиссиан устремил взгляд на Мендельна, но Мендельн, в свою очередь, лишь указал подбородком на Ратму.
Его бледнолицый наставник побледнел пуще прежнего. Нет, страха в нем Мендельн не чувствовал. Скорее уж, это напоминало нечто сродни
– Значит, решено, – сказал Ратма.
– Нет… выбор как раз всегда оставался не за мной… а за отцом, – возразил Ратма, не сводя пристального взгляда с обоих смертных. – Но, может статься… может статься, я кое в чем перемудрил… и слишком все усложняю…
Сощурив и без того узкие глаза, он вновь смерил Ульдиссиана взглядом, и…
И Мендельнов брат
– Что ты наделал? – нигде не чувствуя Ульдиссиана, воскликнул Мендельн.
– Отправил его туда, где ему следует быть.
В душе младшего из братьев встрепенулась преданность старшему.
– Тогда и я должен отправиться с…
– Нет… ты нужен мне для встречи, – возразил Ратма. В этот миг от него еще явственнее повеяло обреченностью. – Траг, полагаю, ты быстро его обучил?
– Эх, ещё как обязан. Идем, Мендельн.
Не без оснований подозревая, что выбора в данном вопросе у него нет, Мендельн, однако ж, очень хотел узнать, в какие дела его втягивают.
– И куда же ты поведешь меня, в то время как я должен быть рядом с братом? Куда?
Широко раскинувший полы плаща, Ратма мог бы показаться самой смертью.
– В места, от коих всей душой хотел бы держаться подальше. Как ни жаль, я…
Ульдиссиан вновь оказался в джунглях.
