История с выходкой Саватеева дракой не закончилась. То ли, действительно устыдившись, то ли просто от беспокойности характера, но он решил пойти к женщинам с извинениями. Добыв вина и купив конфет, он в компании с другими наиболее активными шутниками пошел в расположение доброволиц. Однако, дамы мириться не захотели. Стоявшая в карауле девушка наставила на них винтовку и подняла тревогу. Сбежавшаяся толпа стриженых женщин, облаяла явившихся бойцов. На этом бы все и закончилось, если бы не явилась сама Бочкарева. Эта суровая дама долго ругаться не стала, а выдав матерную тираду, выхватила у Саватеева бутылку и со всей силы ударила его по голове. Поскольку бутылка была полной, она, как и положено полной бутылке, разбилась. Бочкарева же на этом не угомонилась и, махнув оставшейся в руке розочкой, рассекла ему бровь.
Совершенно простонародного происхождения боец не знал, что поднимать руку на женщин нельзя, но зато точно знал, что "бей бабу молотом, будет баба золотом". Поэтому, без всяких интеллигентских рефлексий снес ее ударом в челюсть. Доброволицы тут же наставили на мужиков штыки и начали их решительно теснить. Бочкарева в это время выхватила из кобуры наган и выстрелила в Саватеева. Если бы тот не успел пнуть ее по руке, то получил бы пулю прямо в пах. По крайней мере, сам он утверждал именно так. На выстрел прибежали бойцы из нашего лагеря. Дело чуть не дошло до перестрелки.
Наутро я рванул в министерство к Керенскому и устроил шумный скандал. История попала в газеты. Через три дня доброволиц убрали с нашего полигона. Я облегченно вздохнул, теперь можно было работать нормально.
Учеба и слаживание после решения наиболее острых проблем пошли довольно успешно. Отобранные в снайпера бойцы, после согласования курса с опытными фронтовиками, проходили учебу хоть и отдельно, но участвовали в общих занятиях по тактике. Окончательно утрясли и состав отряда. Кроме бронеавтомобилей и реммашины, в состав колоны вошли пять грузовиков разной грузоподъемности и две санитарные машины.
Санитарные машины это заслуга Лены. Как я и предполагал, она, получив отказ, не успокоилась, но вопреки моим ожиданиям не стала донимать меня, командование и партячейки однообразными просьбами и требованиями, а подошла к вопросу творчески. Расспросив всех, попавшихся под руку фронтовиков, она нашла неохваченную нашим вниманием проблему — вшей. Хотя вши окопников действительно донимали, я этой проблемой голову себе не забивал. Дело в том, что конкретно нашему отряду она всерьез не угрожала. В окопах нам сидеть не предстояло, так что и условия для распространения были не те и возможности борьбы больше.
Однако, вспомнив, что отряд задуман как личинка будущей армии, я инициативу Лены поддержал. И тут же пожалел об этом. Развернулась девушка не на шутку. Первым делом все расположение отряда было обвешано самодельными плакатами пропагандирующими гигиену. После чего, Лена в союзе с Сашей и ее командой взялись за штаб отряда и меня лично. Ворвавшись в кабинет во время очередной летучки, они выстроились стеной, перекрыв находившимся пути отступления. После чего, достали список выявленных недостатков и предложений и принялись бомбардировать нас пунктами и комментариями к ним. Комментарии, в основном, сводились к мрачным пророчествам неизбежных эпидемий и вымирания отряда еще по дороге на фронт.
Через полчаса командование отряда капитулировало. Один грузовик было решено переоборудовать для перевозки тяжелых раненых, а еще один был зарезервирован под оборудование банно-прачечной службы. Да, мы были вынуждены согласиться на создание такой службы. Необходимую матчасть и состав службы согласовывали долго. Запланировали печи для походной бани, шайки и ведра, мыло, керосин и какие-то неизвестные мне, но знакомы всем остальным, средства санобработки и множество других важных мелочей. Затребовали барышни и походную кухню, заявив, что в ней будет удобно греть воду для бани и кипятить завшивленную одежду, но такое кощунство было с негодованием отвергнуто фронтовиками. Предложенные вояками котлы, забраковал уже я. Вместо этого анахронизма я набросал на листочке, знакомее мне еще по срочной службе в российской армии, бучило. Ну и раз уж взялся рисовать, то набросал и варианты компактных банных печей с баками и каменкой. Печи тоже рисовал по памяти, благо напридумывал их народ для собственных бань за годы советской власти и демократии много. Поскольку опытная в госпитальных делах Саша сразу заявила, что воды совершенно недостаточно, я непринужденно пририсовал вложенные в основной бак его уменьшенные копии, для разогрева воды на кострах.
