– Стоп! – жёстко перебила его я. – Господин Аринэш, не забывайте: я тоже бездарная. И Лэя в обиду не дам. Ни вам с женой, видящим в нём грозное чудовище, ни честолюбивой девице. Клятва мне это теперь позволяет. Сколько нам не отпущено сроку, я хочу, чтобы Лэй прожил эти дни свободным от лишних потрясений. Поэтому не суйтесь к нему – пока он сам не позовёт.
Верховный замер, покорно кивнул – весьма похоже на Лэя.
– Договорились, Эльвикэ. В конце концов, никто тебя за язык не тянул.
Это точно. Сама себе судьбу выбрала.
– Всё в порядке, господин Аринэш. В любом случае, это ненадолго.
До конца моей жизни.
– Ты очень мужественная девочка, Эльвикэ. Я понял это ещё в Ритуальном доме. Если тебе понадобится помощь, просто скажи. Я открою для тебя личный канал связи.
– Благодарю. Светлого дня!
Он открыл портал и ушёл, а я схватилась за голову.
Что же я наделала-то!
К Лэю я направилась немедленно, иначе хвалёного мужества мне могло и не хватить. Постучала.
– Можно?
– Заходи, – голос почти нормальный, спокойный.
Лэй стоял у окна, выводя пальцем узоры на стекле. Движения совпадали с потёками, казалось, он заклинает дождь.
– Отец ушёл?
– Ушёл. Лэй, я…
– Ненавижу его! – удар по раме. – Ни разу не вступился, не воспротивился… Что он тебе наплёл? Что со мной так поступали для моей же пользы?!
– Неважно, что он говорит. Он беспокоился за тебя. Лэй…
– А когда Крэйль меня под девку распутную подкладывала, его это не заботило? Пропади они все пропадом! Всю душу вынули… Странно, что сейчас так легко отстал.
– Ему пришлось. Лэй, я решила заботиться о тебе… поклялась перед Богами. А они взяли и приняли. Я-то хотела, чтобы тебя просто оставили в покое, а тут раз – и свет. Истинная клятва… извини.
Парень обернулся. В крапчатых глазах вспыхнул огонь, не менее яркий, чем недавно.
– Эль, я, наверно, соображаю плохо. Повтори – что ты сделала?
– Твой отец рассказал, как они тебя боялись… и сейчас боятся. Подумала, что это несправедливо. А в нашей ситуации – больно. И сдуру решила помочь. Я так делала уже… с котятами. Принимала опеку. И ни разу такого не происходило! А тут только последнее слово отзвучало – и вспышка… ответ Богов. Так что я до конца жизни твоя… – здесь я нервно втянула воздух, глотая правильное слово, – защитница.
Лэй тихо стёк – другого определения не подобрать! – на пол.
– Ты не переживай, пожалуйста, – быстро заговорила я, – это же только моя клятва. Ты сам свободен, ничем мне не обязан… зато невесты тебе больше не страшны и отец с матерью над тобой власти не имеют…
– Иди сюда! – серьёзно и требовательно позвал он.
Я подошла.
– Сядь.
Села. А он взял мою руку и улыбнулся.
– Истинная клятва? Сейчас проверим… Я, Ульвэйн Тэгьер, с этой минуты и до последнего вздоха перед ликом Богов беру на себя заботу об Эльвикэ Сэнье, свет мне свидетель.
Внутри меня зазвенела и лопнула струна. А перед нами полыхнуло так, что пришлось зажмуриться.
– Эль, я же наследником был, – шепнул мне этот невероятный парень. – Меня все ритуалы выучить заставили… Так что, в отличие от тебя, я не могу сослаться на котёнка. Знал, что делал. И очень рад, что теперь мы муж и жена перед Богами до конца наших дней.
Вот тут мне и стало страшно.
В обморок я не падала. Ткнулась в плечо Лэя и старалась поглубже дышать. А он обнял меня и прижал к себе, очень бережно и осторожно.
– Ты целоваться умеешь? – спросил он меня чуть погодя.
– Плохо, – созналась я. – Один раз в школе на спор и второй – на практике с полным кретином. А ты?
– А я совсем не умею. Меня Вэлéйн так поцеловала однажды, что я чуть сознание не потерял… только не в губы. Учиться будем, жена?
– Попробуем. Положено, после клятвы.
Мы попробовали. Мне даже понравилось. Муж (Боги! Мой муж!) был очень робок, неопытен и нежен. В какой-то момент я даже забыла, что это почти незнакомый мне человек, настолько меня окутало ощущение тепла, ласки и чего-то ещё, не поддающегося определению. Я забыла обо всём на свете. Пока не вспомнила важную вещь и не вскочила.
– Лэй, ты же голодный. Возвращаемся, пока обед окончательно не остыл.
Он послушно поднялся, смущённо поправил одежду.
– Эль, а мы… поцелуями ведь не ограничимся?
Я растерялась.
– Честно, я над этим не думала.
– Я тебе не нравлюсь?
– Не в этом дело. Просто… мы только вчера познакомились. Совсем друг друга не знаем. Я как-то не так представляла себе первую близость.
Парень хмыкнул.
– Я вообще-то тоже. Однако в нашем случае слова́ «Давай не будем торопиться» звучат несколько глуповато, не находишь? У нас всего год… на всё.
– Но это не значит, что мы должны тут же наплевать на чувства и прыгнуть в постель. Нужно хотя бы привыкнуть к нашему супружеству. Иначе будет неправильно. Словно мы сдались и готовы умирать.
О том, что замуж вовсе не собиралась, я промолчала. Как и про то, что до глубины души потрясена его поступком. Он действительно не мог отговориться незнанием или недопониманием – клятву принёс совершенно осознанно. Неужели у него и правда не было ни единого родного, любящего существа рядом, что он привязал себя к чужой, по сути, девушке?