Крэйль беспомощно глянула на меня. Поискала глазами, куда присесть, не нашла и опустилась прямо на пол, опять до боли напомнив сына. И я протянула руку, погладив её чёрные, словно южная ночь, волосы.
– Кэл, ты вовсе не должна винить себя за чужие ошибки. За вынужденный брак, за нелюбовь мужа, за рождение нежеланного ребёнка. За свои – пожалуйста.
Янтарный взгляд окутал меня теплом.
– Эль… откуда ты – такая?! Я не поверила Ари, сказавшему, что рядом с тобой он почувствовал себя провинившимся мальчишкой. А теперь сама ощущаю себя запутавшейся девочкой. Ясно, почему к тебе потянулся Ульвэйн! В тебе то, чего нам всем так не хватает, – умение прощать без осадка, сопереживать без жалости, принимать нас со всеми недостатками. Ты точно целитель?! Ты же лечишь не тела́, а души.
Страшно смутившись, я отвернулась.
Я обычная двадцатилетняя девушка. Без особых способностей, ничем не примечательная. Это они настолько отчаялись, увязли в своих заблуждениях, что свежий взгляд со стороны стал для них откровением.
Мне помешали изложить свою точку зрения. Перед нами возник Сольвэриг Реньри.
Самый молодой из Старших выглядел встрёпанным, что для мага его уровня было по меньшей мере странно, чтобы не сказать недопустимо.
– Эльвикэ! – воскликнул он. – Живая!
Многообещающее начало.
Крэйль вскочила на ноги.
– Сол? Что-то случилось?
– Не знаю… – молодой человек с тревогой поводил руками, проверяя мою ауру. – Происходит что-то странное. Вчера я поставил на Эль с Лэем заклинание Зова – так, на всякий случай. Ночью оно сработало, но не так, как должно было. Меня вырубило, словно ударом по голове – внезапная и резкая утрата сознания. Я пришёл в себя минуту назад и понял, что моя защита сорвана. Обычно это происходит, когда привязанный объект мёртв, – Сол поёжился. – Поэтому, Эль, я рад видеть тебя живой и невредимой, да ещё и в обществе сильнейшего мага Скандье.
– Не могу разделить эту радость, – выпалила я, – потому что Лэй среди ночи вышел за дверь, вызванный стуком, и с тех пор я его не видела.
– Кто приходил, ты не знаешь? – подобрался Сол.
Я отрицательно помотала головой.
Крэйль отчётливо скрипнула зубами.
– Первый раз в жизни я жалею, что позволила сыну заблокировать канал связи. Как теперь его отыскать?
– Если он сам того не пожелает, то никак, – ответил моим худшим предположениям Сол. – Боги, что всё это значит? Со вчерашнего дня меня не оставляет ощущение нереальности происходящего. Чудесное избавление от бездарности, считавшейся приговором, нападение на меня, теперь ещё исчезновение исцелённого.
– В этом может быть замешана Вэлейн Эрзье? – задала я первый приходящий на ум вопрос.
– Воздействовать на меня она не способна, – незамедлительно ответил Сол, – как и выманить Лэя. Он ни за что не пошёл бы с ней, даже разговаривать не стал бы. Заставить магией тоже маловероятно – Ульвэйн сильней её в разы.
– А снять защиту?
– Сорвать, Эль. Тут огромная разница. Сравнимая с тем, как развязывать узел или рубить его одним махом. Первое мало кому под силу, второе доступно всем, только при этом защищаемому объекту редко удаётся уцелеть.
– Ты уже второй раз так отстранённо произносишь «объект»! – возмутилась я. – Там не что-то неодушевлённое, там Лэй! Кто-то, кому он доверял, знал, где он, прошёл в Хранилище, имея допуск, вызвал его и похитил!
– Ты не допускаешь мысли, что он ушёл сам?
– Он сказал бы мне хоть слово. Предупредил или попрощался бы. Да, все твердят мне, что Лэй непредсказуемый, бессердечный, жестокий. Но я ему верю.
Крэйль обняла меня и строго посмотрела на Сола.
– Сол, я тоже убеждена, что мой сын стал жертвой чьих-то козней. Если и не Вэлейн, то кого-то по её просьбе. Кому кроме нас с Ари ты успел рассказать про то, что Ульвэйн больше не бездарен?
Я посмотрела на неё с уважением: мыслили мы в одном ключе.
– Только Марвэйлу, – незамедлительно откликнулся Сол. – Кáльвен давно занимается этой проблемой.
– Кальвен Марвэйл? – нахмурилась Кэл. – Сторонник теории «чистоты крови»?
– Да, а что?.. – Реньри вдруг хлопнул себя по лбу. – Ну конечно! Прости, Крэйль. Я совсем позабыл, что ваши родители так и не помирились с ним после той ссоры. Но Кальвен лучше всех разбирается в бездарности, он изучает и контролирует её почти два века.
– Контролировать можно по-разному, – хмыкнула Кэл.
– Марвэйл уважаемый человек, могущественный маг, – вступился за коллегу Старший, – ты же не подозреваешь его в том, что он похитил твоего ребёнка и напал на меня?
– Не знаю, Сол, – Кэл покачала головой, – Кальвен требует от всех в Скандье выбора супругов исключительно соответствующего дара и стихии. Признать, что две полные противоположности обрели милость Богов, для него нелёгкое испытание. Так ведь недолго додуматься и до того, чтобы наши дети могли вступать в брак только по выбору своего сердца.
Сол тяжело вздохнул. Похоже, у него были свои причины сокрушаться о сложившейся практике навязывания родителями невест. Я же с удивлением поняла, что и среди Старших существуют разногласия.