Рада обернулась, также тихо передавая его приказ Лиаре, и глаза той, расширились от тревоги. Ей-то стражу видно не было: спины Рады и Алеора перекрывали обзор. Она подобрала поводья, дергая свою гнедую кобылу за уздечку и заставляя пятиться, а сама во все глаза смотрела на Раду, и лицо у нее было едва ли не таким же перепуганным, как у рябого капитана стражи. Рада только поморщилась. Все это было не очень хорошо. Люди, испытывающие страх, были больше всего склонны к идиотским необдуманным поступкам, а им нужно было выехать из города без шума и как можно быстрее, пока никто из этих остолопов не додумался, что она может попробовать изменить внешность.
Злыдень заартачился, не желая сдавать назад, Рада мысленно покрыла его всеми известными ей добрыми словами и изо всех сил дернула уздечку. Храпя и высоко взбрасывая черную морду, конь попятился-таки, но Рада все равно не ослабляла хватки, пока упрямая скотина не вышла из узкого переулка. В любой момент Злыдень мог начать бить задом, или попытаться укусить ее, или сделать еще что-нибудь назло ей. Проклятая скотина! Тебя, должно быть, изрыгнула бездна мхира, не иначе! Силой Рада отволокла его подальше от проулка и увесисто похлопала по шее, чуть сильнее, чем надо было. Конь настороженно поднял уши и покосился на нее, не понимая, то ли она его успокаивает, то ли бьет. Рада широко оскалилась в недовольный карий глаз. А вот теперь поломай себе голову над этим, бхара чернозадая! Посмотрим, додумаешься ли ты до чего-то или нет!
Лиара рядом сжалась в седле, опустив глаза и ни на кого не глядя. Вид у нее был перепуганный, но глаз она не поднимала, и то было хорошо. Стражники чуяли страх как звери, начиная опасаться и подозревать недоброе, а уж когда видели этот страх в глазах, сразу же превращались в свору разъяренных брешущих псов. Алеор, правда, на их фоне смотрелся голодным бешеным волком, и Рада надеялась, что этот трясущийся рябой капитан все-таки не захочет ввязываться в свалку и пропустит их с миром.
Эльф аккуратно вывел своего вышколенного боевого жеребца из проулка и пристроил его рядом со Злыднем. Следом за ним выехали и стражники, пристально разглядывая троих всадников и комкая в руках поводья своих лошадей. Спокойно выпрямившись в седле, Алеор опустил руки с поводьями и взглянул в ответ. Капитан стражи дернулся, но все же открыл рот и заговорил:
— Кто вы такие, и почему в такую рань покидаете город?
— А на каком основании вы задаете мне эти вопросы? — без тени угрозы в голосе спросил эльф, и глаза стражника лихорадочно забегали по лицам всех троих путников. — Насколько я знаю, в городе можно двигаться беспрепятственно в любое время дня и ночи без того, чтобы сообщать о своих передвижениях страже. Или в Латре стало небезопасно?
— Стража охраняет покой города, — кадык капитана вновь дернулся, но он все еще держался, стараясь не ударить в грязь лицом на глазах своих подчиненных. Тем, впрочем, судя по их виду, больше всего на свете хотелось как можно быстрее убраться отсюда. Один комкал поводья так, что лошадь под ним затанцевала на месте, не понимая, чего хочет от нее всадник. Второй тяжело сглотнул и воровато обернулся через плечо, словно кто-то мог следить за ним. — Времена сейчас неспокойные, король и Лорд-Протектор мертвы. Поэтому мы должны знать, кто вы и куда едете.
Рада почти физически ощутила, как сжалась в седле Лиара, вжимая голову в плечи, и ее движение привлекло внимание стражников. Рябой капитан выпрямился в седле и вытянул шею, пытаясь заглянуть ей в лицо, но тут Алеор спокойно откинул с головы капюшон плаща. Все трое стражников конвульсивно дернулись назад, самый молодой из них, тот, что оглядывался, даже охнул и непроизвольно схватился за рукоять меча. Может, в лицо Алеора они и не знали, но всему Этлану было известно, что в мире есть всего один черноволосый эльф, и он последний, с кем бы им хотелось встретиться на пустой дороге.
Алеор не сделал больше ничего, он просто сидел в седле и смотрел на стражников до тех пор, пока рябой капитан, лицо которого стало землистого цвета, не склонился перед ним в поклоне, хрипло проговорив:
— Милорд Ренон, прошу прощения за причиненные неудобства. Я не хотел показаться навязчивым, но времена тяжелые…
— Все в порядке, капитан, — спокойно отозвался эльф, но стражник все равно вздрогнул так, будто тот его ударил. — Так у вас есть ко мне еще какие-нибудь вопросы?
— Нет, милорд Ренон. Счастливого вам пути. Да укроет вас в своей длани Грозар.
— И вам доброго дня и Света Громовержца, — проговорил Алеор, трогая коленями бока жеребца.
Стражники так и оставались согнутыми в три погибели, пока они проезжали мимо, и Рада, взглянув в лицо Алеора, заметила на нем слабую мимолетную улыбку. Осторожно скосив взгляд через плечо, она успела увидеть лишь хвост лошади последнего стражника: как только Алеор отвернулся, все трое поспешили ретироваться настолько быстро, насколько могли.
