На запад из Латра вела всего одна дорога, Восточный караванный путь, пересекающий половину страны и в районе Онера сливающийся с Северным трактом на Алькаранк. Естественно, что на выезде из города должны были дежурить и стражники, в задачу которых входило выловить ее до того, как она покинет пределы столицы. Только у Латра не было внешней крепостной стены — город считался доменом короля, и на доходы от него содержался весь королевский двор, потому никому из поднимающих восстание Лордов Страны за всю историю Мелонии не приходило в голову его сжигать, и стену возводить не стали. А это означало, что выбраться из него можно было через любой квартал городской бедноты, и дальше, проскользнув между поместьями мелких дворян, затеряться в окружающих его полях. Именно этот путь и выбрал Алеор, добрый час пропетляв по узким городским улочкам и выехав на Золотую Объездную с юго-запада.
Народу здесь сейчас было не слишком много: несколько телег, груженых дровами и сеном, да молодой парнишка-гонец, пронесшийся мимо них на полном скаку, не глядя по сторонам. Внимательно осмотревшись и убедившись, что стражи нигде не видно, они пересекли дорогу и нырнули в заросший травой закоулок между заборами двух дворянских поместий.
Теперь ехать нужно было гуськом, и Алеор возглавил отряд. Его широкая спина закрывала обзор впереди, и Рада от нечего делать разглядывала сквозь железные прутья ажурных решеток с двух сторон регулярные парки, разбитые вокруг поместий дворян. Кое-кто из садовников сейчас копался на клумбах, подготавливая многолетние растения к наступающей зиме. Всадников заметили, и слуги прервали работу, замерев и внимательно разглядывая их перепуганными глазами. Один из них даже бросился звать стражу, но на его вопли из дома никто не вышел. Да оно и неудивительно: вчера перебили столько народу, включая высшее руководство страны, что мелкие дворяне до смерти боялись за свои жалкие жизни, укрывшись за надежными стенами своих родовых гнезд и окружив себя вооруженной до зубов охраной. Рада только фыркнула и отвернулась. Когда человека по-настоящему хотели убить, он умирал все равно, даже окруженный всей стражей, которую мог собрать на все свои деньги. И вчерашняя смерть Гелата с Аспаром это только доказывала.
Потом забор кончился, и, продравшись сквозь густой кустарник, они уперлись в сточную канаву. Злыдень попытался было заартачиться и отказаться прыгать через нее, но вконец потерявшая терпение Рада так ткнула его пятками в ребра, что конь резво прыгнул с места, как заяц, едва не сбросив ее при этом на землю. Еще несколько метров сквозь кустарник и траву, и все.
Рада вздохнула полной грудью, глядя на расстилающееся перед ней поле. Густую зеленую траву выглаживал теплыми ладонями ветер, и она клонилась к земле, отливая стальным блеском под косыми лучами утреннего солнца. Небо было таким огромным, таким высоким, что на миг у Рады закружилась голова. Она прикрыла глаза, запрокидывая лицо и подставляя его солнцу, позволяя ветру играть с ее короткими волосами, отчего голове было непривычно холодно. Теперь вокруг нее был лишь воздух и огромное небо, в котором больше не будет вони отбросов, пыли старых портьер, колючего запаха отполированного золота и натертых до блеска лакированных паркетов. Она наконец-то свободна.
— Ну, и чего застряла? — проворчал за ее спиной Алеор, легко обгоняя ее и пуская своего жеребца рысью. — Ждешь, когда наши приятели спохватятся и решать поиграть с нами в догонялки?
Рада не обратила на его замечание абсолютно никакого внимания. Впервые за долгие-долгие годы она просто дышала, чувствуя, как опрокидывается на ее голову рассветное небо, и она сама тонет в нем, ныряя все глубже и глубже в бесконечную синь, на дне которой где-то далеко-далеко спали звезды, укрывшись пушистыми хвостами комет. Пахло травой, землей, прохладой, облаками и толстыми шмелями, которые уже гудели над покрытыми росистыми капельками соцветиями полевых трав. И ей почему-то стало смешно.
