Напряжение, царившее на поле боя, толкало Александера вперед. Его клинок рассекал грудные клетки, вонзался в затылки и шеи… Скоро он был весь измазан кровью. Один вид его внушал такой ужас, что французский флотский офицер, увидев его, повернул назад. Александер бросился в погоню, разметая шпагой высокую золотую пшеницу. Противник направлялся к маленькому крестьянскому дому, окруженному деревянной изгородью. Мгновение – и он скрылся за оградой. Александер ускорил бег. Ему не хотелось упускать такой значительный трофей.
Офицер споткнулся, и знамя выпало у него из рук. Он пополз по влажной земле, чтобы его поднять. Но Александер оказался рядом, когда пальцы француза прикоснулись к древку. Приставив острие клинка к подбородку противника, он ухмыльнулся. Какое-то время они неотрывно смотрели друг другу в глаза. Пребывая в уверенности, что офицер не предпримет попытки сбежать, Александер перевел взгляд на изорванное, все в грязных пятнах знамя. Что ж, на ветру оно наверняка выглядело весьма внушительно… На нем имелся и девиз: «
–
Офицер, ожидавший смертоносного удара, посмотрел на хайлендера с изумлением.
– Вы ранены? – неуверенно повторил Александер по-французски.
Офицер медленно помотал головой. На вид ему было от силы лет двадцать, и, судя по манере держать себя, он был из дворянского сословия. Александер отбросил от лица непослушную прядь. Француз не сводил с него своих черных глаз.
– Вставайте и сдавайтесь!
Офицер приподнялся было, как вдруг замер, уставившись в точку, находившуюся за плечом у Александера. Опасаясь подвоха, тот осторожно проследил за его взглядом. В паре шагов от них стояли Родерик Кэмпбелл и еще один солдат. Александер отошел в сторону, но так, чтобы не терять из виду ни пленника, ни соотечественников.
– Этот человек – мой пленник. Поскольку он офицер, я предложил ему сдаться на почетных условиях.
Кэмпбелл приблизился к французу и приставил кончик штыка к его груди.
– На почетных условиях? Черта с два, Макдональд! Этот французский пес останется здесь! К черту условности!
– Нет! Вражеских офицеров, которые согласны сдаться, принято оставлять в живых, – ответил на это Александер.
Молодой француз посмотрел на него, и, несмотря на внешнюю невозмутимость, Александер прочел в его глазах страх. Только теперь он заметил у него на штанах, в области бедра, кровавое пятно. Значит, он убегал, уже будучи раненым…
Щелчок ружейного затвора застал Александера врасплох, однако он успел пнуть Кэмпбелла ногой в колено. Прогремел выстрел, и пуля вонзилась в деревянную дверь. Сержант чертыхнулся и собрался ответить ударом на удар, когда послышался пронзительный крик. Дверь небольшого деревянного сооружения, вероятнее всего служившего отхожим местом, медленно открылась, и на улицу выбежал подросток с охотничьим ножом в руке. Александер пришел в ужас, когда Кэмпбелл вскинул ружье и прицелился. Он крикнул мальчику: «Ложись! На землю!», но тот вряд ли понимал по-английски.
Все произошло очень быстро. Воспоминание о двенадцатилетнем мальчишке, которому он перерезал горло, всплыло в сознании Александера, и к горлу его моментально подкатила тошнота. Нет уж, этого он спасет, чего бы ему это ни стоило! И он бросился вдогонку. Еще один выстрел, и боль обожгла ему бок, сбив с ног. Когда Александер перекатился на спину, то оказалось, что в шаге от него стоит девушка. Она посмотрела на него и закричала. Единственное, что он успел разглядеть, – это цвет ее глаз. Вслед за мальчиком она скрылась за изгородью.
Кэмпбелл изрыгал проклятия. Александер схватился за рукоять кинжала.
– Вы – мерзавец, Кэмпбелл! Не трогайте их! Они беззащитны! Это не их война!
Кэмпбелл плюнул в его сторону.
– Думаю, пришло время нам свести счеты, Аласдар Ду!
Александер не ожидал удара. Ружейным прикладом сержант крепко ударил его по лицу. У Александера перехватило дыхание, и даже если бы он захотел крикнуть, то не смог бы. Наверное, это конец – подонок Кэмпбелл убил его… Ну нет, так легко он не отделается! Преодолевая жуткую боль, Александер стал на ощупь искать на земле упавший нож. Найдя его, одной рукой он схватился за горло, а другой стиснул рукоять и перевернулся на живот.
Воздух с трудом проникал в легкие. Он посмотрел на Кэмпбелла. При молчаливом потворстве второго хайлендера сержант уже навел ружье на офицера, и тот стоически ждал выстрела. Проклятье, он слишком далеко! У Александера закружилась голова. Хриплый крик вырвался из груди, когда он собрал оставшиеся силы и замахнулся. Кинжал рассек воздух и вонзился Кэмпбеллу в грудь. Сержант крутнулся на месте и упал. Испытав чувство огромного облегчения, Александер со стоном рухнул на землю и потерял сознание.
Изабель очень испугалась. Ти-Поль прижимался к сестре, дрожа всем телом.
