— В худшем случае постараемся отразить только первую волну. — Алим повел плечами, окидывая оценивающим взором вагенбург. — Должны справиться. Потом уничтожим груз, посадим на коней всех, кто сможет сидеть, и пойдем на прорыв. Его… будет чем прикрыть, если уж речь пойдет об уничтожении груза. И, к слову, тут я попрошу вас, Николай…
— Да? — Кажется, китаец впервые назвал русского офицера по имени, и тот насторожился.
— Бронеавтомобиль сейчас приводят в порядок — на скорую руку. Заливают воду, заправляют горючим из наших запасов, меняют изношенные трубки в паровой системе и так далее. Вы ведь понимаете, что при наихудшем развитии событий у машины больше шансов пробиться?
— Угу. — Дронов мысленно прикинул расстояние — к Чимкенту ехать километров сорок, полного бака воды и одной заправки топлива «роллс-ройсу» хватает на сотню с копейками. Легкая конница мало что может ему сделать, особенно если не забывать про пулеметы в башенке.
— Перед боем я думаю посадить внутрь ценных, но бесполезных в драке людей. В первую очередь это Насреддин-ака и пара его приближенных. А вас прошу доставить туда вашу юную спутницу, госпожу Ларину. Если хотите — сами будьте с ней или приставьте охрану. В любом случае кто-то должен будет управлять авто и отстреливаться, ваши люди подойдут как никто другой. Если оборона не выстоит — машина прорывается, ваши солдаты прикрывают ее, мои солдаты — ваших. А я с оставшимися обеспечиваю отвлекающий маневр. — Алим кивком указал на ближайшую цистерну высокого давления, полную огнеопасного горючего. Дронову сразу стало ясно, что это за маневр, да еще сопряженный с уничтожением груза.
— Что ж… — Капитан помолчал, наблюдая, как трое сипаев скатывают по деревянному пандусу с повозки громоздкую «кытайчи», предварительно ее расчехлив. Пушка была в точности как та, что ночью погибла под колесами «роллс-ройса», только новенькая, блестящая медными боками.
— Ищете подвох? — Алим понимающе прищурился.
— Не без этого, — протянул Николай, решаясь. — Ладно, пусть будет по-вашему. Но я намерен постараться, чтобы до резервного плана не дошло.
— Вы думаете, я не намерен? — вздохнул китаец. — Для меня доставить груз в целости — вопрос не карьеры и даже не чести. Жизни. Поэтому-то я не планирую спастись отдельно от него. У нас, знаете, очень простые порядки в некоторых вопросах…
— Извини, Саша, но спорить тут не о чем. Ты будешь в авто, я — верхом, — устало сказал Дронов, следя за маленьким манометром в рукояти револьвера. Тонкий шланг тянулся от оружия к баллону со сжатым газом — шла заправка встроенной емкости. Капитан хотел быть уверен, что газ не кончится в разгар боя. Это у новомодных пистолетов баллончики сменяются влет, как магазины с пулями, резервуары револьверов неотъемные. Зато и отвалиться сами по себе они не могут, а то видывал Николай конфузы у любителей оружейных новинок…
— Прекратите выглядеть так флегматично! — Александра говорила все более взволнованно, сжимая кулачки. Уже минут десять она пыталась доказать, что им нельзя разделяться. — Вы мне сами сказали, что если вернетесь в Пишпек без меня — Анастасия Егоровна вас съест с сапогами и саблей! А думаете, если я вернусь без вас — иначе будет? Думаете, она обо мне беспокоится, а о вас нет?! Думаете, я о вас не беспокоюсь?!
— Саша, ну хватит уже! — Убедившись, что стрелка манометра в зеленой зоне, Дронов закрутил вентиль баллона и отсоединил шланг. Сунув оружие в кобуру, выпрямился. Продолжил, надеясь, что говорит не слишком резко: — В отличие от нашего желтокожего друга, я не собираюсь героически жертвовать жизнью в обороне чужого добра. Запахнет жареным — организованно отступим все вместе. Но руководить отрядом из броневика я не смогу, а вести «роллс-ройс» кроме меня и Алима сумеешь только ты. Сама ведь обмолвилась, что вас в Третьем отделении учили управляться с машинами. Я надеюсь, под «машинами» имелись в виду не заводские точильные станки?
— Н-нет… — Стажерка отвела взгляд, ее плечи поникли. — Автомобилем я могу… Даже бронированным… У нас был учебный «Путиловец»… Только… Тогда мне придется самой…
Измотанного Дронова вдруг будто озарило. Он сразу обратил внимание на то, что девушка испугалась, услышав именно этот пункт плана, о ее возможном бегстве на машине, — да только причины испуга понял неверно. Ну конечно же она боялась не ран, смерти или плена — по крайней мере, не в первую очередь. Характер не тот. Конечно, она переживала за товарищей, но дело и не в этом. Не только в этом. Ведь есть еще кое-что, попавшее сейчас под угрозу.
— Саша, — как можно тверже и уверенней проговорил офицер, — я сказал, что одна ты не останешься, даже если к Чимкенту вырвется лишь броневик. С тобой поедет унтер Черневой. И он сделает все, чтобы потом вернуть тебя домой невредимой.
— Вы уже говорили. Но я не об этом…
— Понял. А теперь я хочу взять с тебя обещание. Если так и выйдет — ты не станешь пытаться добраться до Ташкента самостоятельно. И не будешь уговаривать Черневого тебе в этом помочь. Об этом я прошу.
— Я… — Саша вскинула голову, их взгляды вновь встретились.
