— Рассчитывайте на худшее, — посоветовал сын Поднебесной, выбираясь из машины. — Так жизнь реже будет вас удивлять.
Капитан в ответ лишь хмыкнул и, откупорив свою фляжку, долгим глотком допил чуть теплую воду. Сидеть в кабине он тоже не собирался, хотя после недавних приключений и выгоревшего в крови адреналина его неудержимо клонило в сон. Пока Джантай и пара казаков бегали к реке с пустыми канистрами, а двое оставшихся осматривали сломанную дверь и измышляли, что с ней делать, офицер выбрался наружу. Отойдя на дюжину шагов, посмотрел на восток. Там, меж двух горных хребтов, над покинутым группой Куюк-Асу, вставало солнце — показался самый его краешек, еще не слепящий глаз. У низких горок на севере оно лишь золотило макушки, крутые же хребты на юге были темны только у основания — выше их покрывали фиолетовые тени, бледнеющие все больше и больше по пути к ослепительно-белым снеговым вершинам. В трещинах и ложбинах оброненными осколками зеркал сияли ледники…
— Я сам из горного края и, честно сказать, не вижу здесь особой красоты. — Китаец подошел к Дронову и остановился рядом, сложив руки на груди. Лицо его было привычно непроницаемым, но голос звучал несколько отвлеченно. В нем было меньше напряжения и профессиональной сухости, чем прежде. — Однако, должно быть, что-то в этом есть, раз привлекает людей, побуждает писать картины и сочинять стихи… Я не спрашивал, но вы откуда родом?
— Из России, — хмыкнул Николай.
— Пространно. — Китаец и ухом не повел. — Ваша родина большая и становится больше день ото дня… Скоро мы оба соединимся с товарищами, — неожиданно переменил он тему. — Если все будет хорошо — то и расстанемся тоже скоро. Не хотите все же рассказать, в чем цель вашего путешествия?
— Ну, разве что вы ответным жестом посвятите меня во все детали своей миссии, — теперь позволил себе капитан настоящую усмешку.
— Зачтем ничью. Оставлю вас с вашими догадками. А себя — со своими. Но мне действительно очень интересно — с вами путешествует юная девушка, совершенно не похожая на местную… Или на женщин того склада, которым нравятся путешествия и приключения. — Китаец приподнял брови. — Я общался с парой британских леди-путешественниц, было дело. По службе…
— Знаете что, Алим, — покосился Дронов на собеседника, — догадки догадками, но в вашей основной профессии я теперь почти уверен. Слишком вы мне напоминаете одну мою давнюю знакомую… Долго не мог понять чем. Теперь понял. Нет, правда. Чертовски напоминаете.
— Хм… В таком случае, надеюсь, ваша знакомая — хороший человек, — качнул Алим головой. — Всегда ведь приятнее походить на хорошего человека.
— Ну, мне, по крайней мере, кажется, что так. В смысле, что она хороший человек.
— О… Вам не кажется, вы в этом уверены. Сейчас, когда вы о ней рассуждаете, у вас такое выражение лица…
— Глупое? — Николай вновь искоса глянул на выходца из Поднебесной.
— Говорящее! — Тот чуть заметно улыбнулся и сразу стал похож на лису. Девятихвостую лису-оборотня из китайских сказок. — Тогда примите от меня совет.
— Слушаю.
— Если ваша знакомая правда так похожа на меня… — Улыбка сделалась шире, в ней появилось что-то хитро-хищное, усиливая сходство. — …Будьте очень осторожны.
— Это вы так завуалированно угрожаете, намекая, что и сами не лыком шиты? — Капитан почувствовал себя не в своей тарелке — развивать эту тему он вовсе не собирался и поспешил увести беседу в сторону. Странно это — обсуждать свои привязанности с иностранным агентом, которого знаешь пару дней.
— Что вы, — перестал улыбаться Алим. — Просто мы с вами встретились и расстанемся. А человек… хм… похожий на меня… с которым вы будете еще иметь дело… Особенно если это женщина, о которой вы говорите с таким выражением лица… Такой человек непременно вас использует настолько, насколько вы это допустите. Возможно, вам не во вред, но все же… Мало приятного в том, что вами манипулируют.
— Кхех… — кашлянул Николай в кулак, отворачиваясь. Сказанное неприятно кольнуло его в самое сердце, но офицер понимал, что резидент из Срединной Империи прав. В общих чертах. — Знаете, не могу с вами спорить.
— И правильно. Лучше скажите, — китаец указал пальцем на перевал, — что это за пыль до небес, по-вашему?
— Черт! — Расслабившийся капитан, увлеченный беседой и переживаниями, лишь после слов Алима обратил внимание на прозрачное облачко у горизонта. — Похоже на пыль из-под копыт конного отряда… Большого!
— Больше тех двух сотен, что стояли в лагере мятежников? — Голос китайца опять сделался напряженным, лицо закаменело.
— Значительно больше. Даже если забыть, сколько коней мы перебили при нападении, — такое облако могут поднять разве что два-три кавалерийских полка, а в лагере стояло не больше батальона. — Обеспокоенный Дронов машинально пересчитал аморфные войска бунтарей в привычные военные единицы. — Возвращаемся к машине, поторопим бойцов. Нужно развести пары и приготовиться к движению.
