— В ваше отсутствие хозяин каравана, Насреддин-ака… — Саша запнулась, одернула плащ и украдкой огляделась, прежде чем продолжить. — В общем, он на себя не очень похож был. Уверенно распоряжался, и все его слушались беспрекословно. У него даже лицо изменилось — жесткое стало, решительное.
— Ага. — Капитан потер колючий подбородок. — А при Алиме каким рохлей казался, будто вообще тут для мебели… Думаешь, он только прикидывается хокандцем?
— Нет, — мотнула стажерка головой. — Уверена, он действительно узбек и действительно хокандец.
— Тогда что?..
— Но это вовсе не противоречит тому факту, что Алим — не единственный здесь кадровый, хорошо обученный и высокопоставленный китайский агент. — Девушка вновь щелкнула пальцами. — Просто Алим — приезжий, только на одну миссию. Сопроводить груз. А вот…
— Понял, не продолжай. — Дронов поднял ладонь. — Если так, то открытие серьезное. Надо будет учитывать.
— И узнать побольше о нем при случае, — ударила стажерка кулачком по ладони. — После операции я подам запросы в соседние отделы, связанные с регионом, и, если ни у кого он под наблюдением не значится — попрошу организовать.
— Не переложишь на наставницу, а сама подашь и попросишь? — Николаю показалось, что он сумел сдержать улыбку, однако тон его явно выдал.
— Постараюсь. — Саша принялась внимательно разглядывать носки своих сапожек, щеки ее чуть покраснели. — Доступа стажера, наверное, недостаточно, я как-то не подумала… Но у Анастасии Егоровны и без того дел невпроворот, более актуальных. И ей надо выздоравливать.
Капитан не стал вслух отмечать, что девушка вновь собирается опекать собственную наставницу. Вместо этого он сказал:
— Подумай лучше вот о чем — ты уже мыслишь категориями полноценного сыскного агента, не ученика-стажера. И у тебя получается. Только каждый раз, когда ты это замечаешь, — чуть ли не пугаешься. С чего вдруг? Это же здорово.
Будущая гроза иномировых пришельцев и заграничной агентуры неопределенно фыркнула, так и не подняв глаз, заправила за ухо выбившуюся светлую прядь. Ответа Николай так и не дождался — его окликнули, позвав в «штабную» палатку.
— Надеюсь, вы успели перевести дух и проведать своих спутников?
Заходить в шатер капитану не потребовалось, с Алимом он столкнулся на пороге. Тот куда-то спешил, сопровождаемый парой сипаев, но на его фирменную вежливость спешка не повлияла.
— Да, с ними все хорошо. — Пристроившись к шагу Алима, Дронов отметил, что на поясе у китайца висит плоская кобура и ножны с прямым мечом. А ведь он даже на вылазку не брал боевого оружия. — Хотелось бы, чтобы и дальше так было. Будущее меня в данный момент беспокоит больше всего, если начистоту.
— Я мог бы вам процитировать по этому поводу что-нибудь из китайской классической философии, но лень ворошить в памяти остатки образования.
В центре лагеря Алим остановился. Внезапно обнажив меч, воздел его и почти басом рявкнул что-то по-узбекски. Караванщики и солдаты вокруг на мгновение обратили к нему взгляды, а потом засуетились с удвоенной прытью. Китаец же бросил клинок в ножны и на том же языке, уже негромко, обратился к сопровождающим его сипаям. В спокойном голосе сына Поднебесной временами лязгали стальные нотки, а переодетые ханские гвардейцы стояли перед чужеземцем навытяжку — не требовалось знать узбекскую речь, чтобы понять, что Алим отдает приказы. Выслушав до конца, кавалеристы по очереди кивнули и ринулись исполнять.
— Не похоже, чтобы мы готовились сниматься с места и бежать сломя голову, — заметил Николай, стоило солдатам удалиться.
— Тягловые животные устали после ночного прорыва. — Как ни старался посланец Срединной Империи сохранять беспристрастный вид, губы он поджал весьма красноречиво. — Если погнать их сейчас — не смогут идти быстро, передохнут. Груз бросить нельзя. Но даже если спасать только людей — придется брать двух на одно седло, а у преследователей, если там кочевые племена, может быть наоборот. По две лошади на одного человека. Не уйдем.
— Хотите принять бой в оборонной позиции?
— Всяко выгодней, чем на марше, — угрюмо подтвердил Алим. — Мы не знаем, что за войска идут за нами, хотя очевидно, что это подкрепление мятежников. И разведать численность не успеваем. Если их не слишком много — мы отобьем атаку, отгоним противника, рассеем и продолжим движение. До Чимкента рукой подать, там стены и сильный гарнизон с лояльным хану руководством.
— А если их окажется… слишком много?
— Ну-у… — Китаец приподнял брови, сложил губы трубочкой. — При удаче наши имена лет через сто, когда спадет печать тайны с документов, навечно войдут в имперские летописи Пекина и сохранятся на сотни веков для жаждущих знаний потомков. Да-да, ваше тоже, если кто-нибудь из выживших его правильно запомнит.
— Считаете, все настолько плохо? — Дронов так и не понял, шутит ли его низкорослый собеседник.
