Иногда он целовал ее жестокими поцелуями, прокусывая ей губы до крови, и уходил, как следует грохнув дверью напоследок. А иногда, когда насмешливыми и колкими словами она доводила его до какого-то странного отстраненно-высокомерно-холодного состояния, затыкал ей рот своим человеческим членом, добиваясь молчания и не заботясь о том, чтобы кончить. Не заталкивая по самое не могу, а наоборот, останавливаясь, едва касался концом горла. Пользуясь им только для того, чтобы она замолчала. Демон поднимал ее лицо чуть вверх и смотрел с холодным выражением, но пылающими огнем глазами на ее губы вокруг своего орудия до тех пор, пока она не прекращала попытки вытащить его изо рта и не начинала провожать и сжимать пальцами, двигаясь вместе с ним. Едва капля меда появлялась у нее на языке, как он тут же все прекращал и уходил от нее возбужденным до предела, оставляя сидящей на коленях на полу и бессильно глядящей ему вслед.
Энджи передернула плечами от этого воспоминания. К кому он уходил таким? С кем спал? Кого любил? Эти вопросы начали появляться в ее голове все чаще. С этим надо было что-то делать. Игнорировать их было бесполезно, а стало быть, надо найти на них ответы. Тактика с руганью и оскорблениями явно потерпела фиаско, и ее следовало сменить на другую. Сдерживать себя больше не хотелось, а значит, пришла пора получать от жизни удовольствие. Все равно настоящим ангелом ей уже не быть. За этот месяц она поняла, что никогда больше не сможет присматривать за людьми, постоянно думая о них и никогда о себе. Хватит с нее. Энджи хотела жить собственной жизнью: заботиться о своем теле, заниматься сексом, получать удовольствие, дружить с теми, кто нравится ей лично, и быть самой собой. Наверное, так и попадают в Ад. Но в их Вселенной он был понятием относительным. Ангелы — это не божественные небожители, а просто раса. Древняя, странная и придумавшая себе смысл жизни в том, чтобы присматривать за теми, кто живет гораздо меньше их.
Дверь в библиотеку открылась, но Энджи не увидела того, кто вошел. Ее закуток был примечателен тем, что того, кто в нем находился, было не видно, пока вошедший не добирался до середины помещения. Гость прошелся по дальним полкам, пошуршал книгами и уселся в кожаное кресло у большого камина. Энджи совсем было решилась выглянуть и поздороваться, когда дверь снова открылась.
— Аластер? Вот ты где!
— Тит? Что ты хотел?
— Поговорить. Уделишь минутку?
— Нет настроения, — зашуршал книжными страницами демон. Энджи услышала звук поцелуя, а потом хлесткую пощечину. — Три месяца еще не закончились Тит.
— Ты сказал, что не дотронешься до меня, но это ведь не означает, что до тебя не могу дотронуться я.
— Мне плевать на казуистику. Ты все прекрасно понял.
— Аластер, я сойду с ума. Пожалуйста! Позволь доставить тебе наслаждение.
— Тит, ты действуешь мне на нервы. Серьезно. Не стоило пытаться убить ангела.
— Зачем тебе новая игрушка, Аластер?
— Я не спал с женщинами больше двух тысяч лет. Мне интересно. Еще вопросы?
— Она тебе еще не надоела?
— Нет. Будешь приставать, я оставлю ее себе навечно из принципа. Хватит, Тит. Убирайся отсюда, мое терпение на исходе.
Дверь громко хлопнула, а через минуту Аластер крайне неприлично выругался.
— Чертов фанатик. Достал! Все настроение испортил. Прайма нет уже неделю, и Энджи ведет себя, как последняя сука. Убить кого-нибудь, что ли?
Аластер замолчал, а потом ангел услышала, как полетела в камин книга. В груди разлилось тепло. Этот демон был вовсе не так плох, как хотел показаться. Он искренне переживал за Прайма и расстраивался из-за нее. Энджи улыбнулась, сняла лифчик и трусики, одернула свое легкое шелковое платье и двинулась воплощать новую концепцию поведения в жизнь.
— Аластер, — окликнула она демона, выходя из закутка. Он вздрогнул и поднял голову.
— Ты что здесь делаешь?
— Читаю. Это же библиотека, — ответила она, подходя ближе.
Они ни разу не занимались сексом вне спальни, и теперь Энджи собиралась сделать все, чтобы это исправить. И обязательно получить от этого удовольствие.
— Да. Верно. А еще подслушиваешь, — настороженно глядя на нее, сказал Аластер. — Что-то ты больно вежливая. Хочешь оторвать мне голову и сбежать?
— Нет, — улыбнулась Энджи. Встала напротив него, задумалась на секунду, а потом задрала широкую юбку повыше и встала коленями на сиденье кресла вокруг ног демона. Начала выдергивать зацепившееся платье. — Не поможешь? Застряло.
— Помогу, — согласился Аластер, с удивлением наблюдая за действиями ангела.
Такой он не видел ее никогда. Ее роскошная грудь была прямо у него перед носом, и это моментально привело его дружка в боевую готовность. Демон запустил руки под широкий подол, проводя рукой по задней стороне ног Энджи и добираясь до ее ягодиц. Голых ягодиц. Он обшарил их еще раз, чем вызвал довольных вздох над своей макушкой. Повернул голову и нашел зубами сосок на груди. Тот гордо встопорщил ткань, открытым текстом говоря, что лифчика на ангеле тоже не было. Это было очень странно. Аластер поднял голову.
— Чего ты хочешь, Энджи?
