| Then the voice returns- | А вот опять голоса возвращаются: |
| 'Lest limbs be reddened and rent-I spring the trap that is set-As I loose the snare you may glimpse me there-For surely you shall forget! | "Прихожу, чтоб не мучился ты, - Я пружину капкана сломать. - Как силок твой я рву, видишь ты наяву, - Но про то ты забудешь опять!" |
| Row nearer, Mole, nearer to the reeds! | Крот, греби поближе к камышам! |
| It is hard to catch, and grows each minute fainter. | Очень трудно понимать, и с каждой минутой слова звучат все тише: |
| 'Helper and healer, I cheer-Small waifs in the woodland wet-Strays I find in it, wounds I bind in it-Bidding them all forget! | "Я целитель, я помощь, я друг, - Вам не надо заблудших искать. - Отыщу, исцелю, обсушу, накормлю, - Но прошу вас: забудьте опять!" |
| Nearer, Mole, nearer! | Ближе, Крот, ближе! |
| No, it is no good; the song has died away into reed-talk.' | Нет, бесполезно, песня превратилась в шелест камыша. |
| 'But what do the words mean?' asked the wondering Mole. | - А что же эти слова означают? - спросил Крот, недоумевая. |
| ' That I do not know,' said the Rat simply. | - Этого я не знаю, - сказал дядюшка Рэт просто. |
| ' I passed them on to you as they reached me. | - Я тебе их передал, как они достигли моего слуха. |
| Ah! now they return again, and this time full and clear! | Ах! Вот они снова звучат, на этот раз ясно, отчетливо... |
| This time, at last, it is the real, the unmistakable thing, simple-passionate-perfect--' 'Well, let's have it, then,' said the Mole, after he had waited patiently for a few minutes, half-dozing in the hot sun. | - Повтори их, пожалуйста, - попросил Крот, терпеливо прождав несколько минут и уже задремывая на жарком солнышке. |
| But no answer came. | Но ответа не последовало. |
| He looked, and understood the silence. | Он оглянулся и понял причину молчания. |
| With a smile of much happiness on his face, and something of a listening look still lingering there, the weary Rat was fast asleep. | Со счастливой улыбкой на лице и точно к чему-то прислушиваясь, утомленный дядюшка Рэт крепко спал на корме. |
| VIII. TOAD'S ADVENTURES | VIII ПРИКЛЮЧЕНИЯ МИСТЕРА ТОУДА |
| When Toad found himself immured in a dank and noisome dungeon, and knew that all the grim darkness of a medieval fortress lay between him and the outer world of sunshine and well-metalled high roads where he had lately been so happy, disporting himself as if he had bought up every road in England, he flung himself at full length on the floor, and shed bitter tears, and abandoned himself to dark despair. | Когда мистер Тоуд оказался в сырой и зловонной темнице, он понял, что весь мрак средневековой крепости лежит между ним и внешним миром, где сияет солнышко. Там пролегают великолепные мостовые, где он еще так недавно бывал счастлив и развлекался как хотел, словно приобрел в безраздельную собственность все дороги Англии! Он бросился на пол ничком, зарыдал и предался самому черному отчаянию. |
| 'This is the end of everything' (he said), 'at least it is the end of the career of Toad, which is the same thing; the popular and handsome Toad, the rich and hospitable Toad, the Toad so free and careless and debonair! | "Все, всему конец, - говорил он, - во всяком случае, конец процветанию мистера Тоуда, а это, в сущности, одно и то же, известного мистера Тоуда, прекрасного мистера Тоуда, богатого и гостеприимного мистера Тоуда, веселого, беззаботного и жизнерадостного! |
