Судя по всему, Эпплджек больше всех остальных кобыл питала интерес к инопланетянам.
- Поговорите позже! – отрезала Твайлайт. – Сейчас мы берём курс на «Санлайт», поэтому я, как капитан, приказываю вам всем быть на своих местах. Это и тебя касается, ЭйДжей, - уже более мягким голосом добавила она. – Ты же знаешь, что тебе нужно следить за двигателями. А с нашим гостем мы пообщаемся за ужином.
- Знаю-поняла. Прф! – фыркнула земнопони. – Если что – я в двигательном отсеке. Пока-сь, девочки.
Она развернулась и вышла из кабины, при этом как бы случайно зацепив меня хвостом. Флаттершай же подошла ко мне и осторожно ткнула копытцем в колено.
- Пойдёмте, я покажу вам медблок, - пригласила она меня.
- Пойдёмте, - в тон ей ответил я. – До встречи, пони.
Когда мы снова вышли в коридор, я вдруг осознал, насколько Флаттершай отличается от Рейнбоу. Кобылка шла медленно, неуверенно подёргивая крыльями и бросая на меня какой-то странный взгляд – то ли она, как и Эпплджек, никогда раньше не видела людей, то ли была другая причина для этого. Я отметил также неровную походку, вздыбленную шерсть и какую-то уж слишком уложенную гриву. При взгляде на эту пони мне вспомнился Молния, потомственный скакун и надежда своего клуба – увы, неоправданная. Ведя себя игриво и весело в стойле, он абсолютно терялся на ипподроме, дрожал и никак не хотел переставлять копыта. Судя по всему, Флаттершай была достаточно… Стеснительной, что ли. В отличие от всё той же Рейнбоу она даже старалась не подставлять мне свой круп, шагая так, чтобы всегда находиться сбоку от меня. Мои подозрения следовало проверить, и поэтому я решил задать простой с виду вопрос.
- У вас очень дружный экипаж, - сказал я как бы невзначай.
- А… Ну да…
Точно. Не нужно быть дипломированным психологом, чтобы понять – Флаттершай сейчас или о чём-то усиленно думает, или же не до конца уверена в своих же словах.
- А почему в нём одни кобылы? У вас нет жеребцов?
- Эта идея Твайлайт, - всё так же тихо и неспешно отвечала пони. – Она решила собрать именно такой экипаж. А вот, мы уже почти пришли!
Вообще-то до медицинского блока оставались ещё около десятка метров, но пегаска вдруг прибавила шагу. Видно было, что она не знает, как вести себя со мной – или же по жизни слишком малообщительна. Очень стеснительная пони, которой легче общаться с неразумными животными, чем с собратьями – такие личности и среди людей часто встречаются.
Пегаска тем временем подскочила к двери и быстро набрала на пульте с большим экраном знак в виде креста – вертикальную черту, проведённую сверху вниз, и горизонтальную, прочерчённую справа налево.
- Попрошу за мной! – дрогнувшим голосом проговорила пони. – Я вам сейчас всё покажу, Николай Гончаров.
- Просто Коля, - поправил я её.
Мы вошли в медицинский блок и я неосознанно выдохнул – всё-таки медблоки всех космических кораблей достаточно схожи. Весь кабинет был разделён на три части. Первая часть была чем-то вроде стационара - две обычных койки и две раздвижные, возле которых стояли тумбочки для личных вещей. Следующее отделение представляло собой рабочий кабинет самого доктора – ящичек с медикаментами, письменный столик и два кресла: одно из них обычное для пони, то есть - с вогнуто-выгнутой спинкой, подставками для копыт и прорезью для хвоста. Другое же как будто для меня закупали. Или и вправду у них такое было? Впрочем, не важно. Третье помещение, отделённое от всего остального медблока стеклянной дверью, представляло собой операционную – капсула для диагностики, операционный стол, ультрафиолетовые лампы и закрытые шкафчики с инструментами и медикаментами. Меня они привлекли в первую очередь – подозвав Флаттершай, я предложил ей помочь мне разобраться с ними.
Надписи на незнакомых символах пони мне ничего не говорили, но мелкий шрифт был написан на космоарго. Ничего особенного в лекарствах для пони не было – только названия разные, да состав несколько иной, а методы воздействия на организм самые обычные. С инструментами пришлось повозиться подольше – большинство из них имели выемки и кольца для копыт, что вызывало изменения и во внешнем виде, и часто оказывалось, что я прекрасно знаю, зачем нужна эта уродливая и непонятная штуковина, которую я взял в руки. Эх, чувствую, работка у меня будет не из лёгких…
- А куда мне можно поставить свои инструменты?
Флаттершай непонимающе посмотрела на меня. Тогда я открыл зажимы своего саквояжа и показал ей своё содержимое – инструменты и медикаменты, этакий универсальный набор космического врача.
- А вы подготовились к полёту!
Вопреки всем опасениям, вскоре я уже вклинился в жизнь корабля.
Твайлайт Спаркл, при первой встречи показавшаяся мне какой-то уж слишком жёсткой пони, на самом деле оказалась приятным собеседником. Начитанная, образованная, она больше всего времени проводила в библиотеке, куда часто приглашала и меня. Кстати, книги были интерактивными, и их текст переводился на пятьдесят языков, включая космоарго. Кроме того, я заказал ей сборник Земной классики, на почве которой мы и подружились.
