— Тор, не будьте идиотом,— свирепея, заговорил Горн.— Вам на голову свалился неизвестный, а вы даже не задаетесь вопросом, откуда он взялся и зачем!.. Вы понимаете, что у вас за спиной творится странное? Где сейчас Хранители, куда подевались Псы, почему по тайным ходам шляются эти громилы, кому они служат? Вы все это знаете? Если да, то поделитесь, успокойте меня… Ну, знаете?
Пока Горн говорил, Львиный Глава стремительно наливался яростью и уже совершенно созрел для взрыва, когда его отвлекли срочным вызовом. Экран погас, но не успела Нора умолить гиганта соблюдать приличия, как Тор появился снова и заорал с экрана:
— Разорви тебя Ветер, шатун!.. Откуда ты знал?
— Все-таки что-то стряслось,— ухмыльнулся Горн.— Ну, что?
— Охрана порублена, раненый исчез. Он не мог уйти сам!..
— А я о чем вам толкую? — с готовностью подхватил Горн, хотя в последней фразе Главы сильно сомневался.— В вашем доме мало порядка, Тор, а с приходом Лота его не станет вовсе. Пока вы разыгрываете из себя героев, кто-то устраивает свои дела за вашей спиной.
— Умолкни, негодяй! — привычно загрохотал Тор.— Ты или лжешь, или безумен…
— Если из нас двоих кто-то и без ума, то уж не я,— огрызнулся Страж.— Нет, Тор, я не приведу к вам Ю, пока не уверюсь, что вы не служите чьей-то ширмой. Разберитесь с этим, и тогда я всецело ваш — вместе с Божественной.
— А тебе и так не выйти от Норы,— злорадно сообщил старик.— Я уже послал людей.
— Как это неблагородно, Великий,— насмешливо ответил богатырь.— Приманить меня женщиной и схватить в постели, беззащитного и изнуренного любовью… Как это низко!
— Да кто же тебя приманивал, наглец? — возмутился Тор.— И разве ты сейчас в постели?
— Ну, за этим дело не станет,— улыбаясь, заверил Горн и привлек женщину к себе.— Без этого я не уйду.
— Да провались ты!..— Тор отключился. Посмеиваясь, гигант повернулся к Норе и бережно ее обнял, окунувшись лицом в пышную гриву.
— Горн, Горн, что ты со мной делаешь? — прошептала она, дрожа всем телом.— Ты же порушил все окончательно, теперь от гнева Тора тебя может спасти только бегство…
— Бежать? — удивился Горн.— От этого выжившего из ума старикана?
— Горн,— с отчаянием выкрикнула женщина,— не смей так говорить о моем господине!..
— Я — твой господин,— возразил гигант,— раз уж ты без него не можешь.
Нора вдруг разрыдалась — горько и безутешно, точно ребенок. Смеясь, Горн подхватил ее на руки, притиснул к груди, а затем словно окружил горячим ласковым вихрем: осыпал быстрыми поцелуями мокрые глаза, вздрагивающие губы, озябшие соски; гладил и щекотал; шептал нежные глупости и веселые дерзости,— пока Нора против воли не начала улыбаться сквозь затихающие всхлипы. Еще некоторое время ее плач удивительным образом перемежался выплесками смеха, потом прекратился вовсе.
— Все,— тотчас объявил Горн,— не могу больше!.. Где тут у вас спальня?
— Нет, милый,— замотала Нора головой.— Во-первых, меня надо мыть… Да-да, зверюга, не спорь! А кроме того…
— Ну что?
Опустив глаза, девушка смешно оттопырила губы и стала водить пальцем по его груди, будто рисуя.
— Здесь есть бассейн с горячим источником,— сообщила она смущенно.— Там так уютно и… я столько раз вспоминала там о тебе… В общем, ты понимаешь?
— Девочка моя! — рассмеялся Горн.— Ну, показывай…
Эрик лежал на прутьях уже довольно долго. Измученному телу требовался отдых, однако ложе подвернулось ему не из лучших, хотя над этим тупичком решетка оказалась погуще, чем в тоннелях. Время от времени юноше приходилось менять позу, и тогда он морщился от боли в спине.
Да чтоб он сгорел, этот сумасшедший!.. Когда что-то вдруг налетело на Эрика сзади, расплющив о стену, он даже не испугался, настолько все показалось бесполезным и безнадежным, такую необоримую мощь ощутил он в этом напоре. Страх появился позже — когда плечи так же внезапно отпустило, и крутнувшись, Тигр не обнаружил сзади никого — только в конце коридора будто мелькнула чья-то тень. Бросившись следом, он успел ухватить мгновенный промельк Горна, когда тот спрыгнул в тупичок и словно просочился сквозь дверь — наверняка к своей ненаглядной Норе. Конечно, женщина редкостная, но чтобы лететь к ней сломя голову, снося на пути всех… Натуральный псих!
Стремительный прорыв Горна не обеспокоил постовых, хотя они и обернулись на стук, и на какое-то время в тупичке наступило затишье. Эрик даже ухитрился вздремнуть на своей пыточной лежанке, убаюкиваемый сладостными воспоминаниями и грезами — конечно, о Ю,— но затем к паре верзил перед дверью Норы присоединились еще двое, и сон пропал.
Здесь явно затевалась пакость. Неизвестно как, но Львы проведали о Горне: скорее всего, его выдала подружка — это вполне в традициях прайда. Один из крепышей осторожно потрогал дверь, однако безуспешно, и тогда вся четверка замерла по сторонам проема — в полной уверенности, что птичка не упорхнет. Минута уходила за минутой, но засадники не торопили события, полагая, видимо, что время работает на них: чем больше сил оставит шатун за этой дверью, тем проще будет его брать.
