— Конец твоему логову, малыш,— сказал Горн.— Похоже, навозники не успокоятся, пока не прожарят его насквозь.
— Что проку в замке, когда рушится Империя? — откликнулся Эрик.— По крайней мере сюда больше не вселят какого-нибудь недоноска…
— Это вы про меня? — поинтересовался Олт из темноты каморки.
— Ладно,— произнес Горн,— я пошел.
Неслышно он перемахнул через край люка и растаял в густом сумраке. А через минуту уже возник возле ближнего “единорога” и, скользнув по броне громадным пауком, исчез в кабине.
И в самом деле, что ли, он продался дьяволу? — с завистью подумал Эрик, выкладывая перед собой лучеметы. По виду ведь неповоротливый буйвол, которого можно заколоть и освежевать прежде, чем он дотянется до меча. А вот попробуй, подколи такого — вытворяет, чего захочет!..
Что творилось в “единороге”, снаружи было не разобрать,— кажется он даже выстрелил в положенный миг. Но через какое-то время Эрик заметил, что машина надвигается на него, чуть заметно, однако довольно шустро перебирая лапами и продолжая стрелять с неизменным интервалом.
Наконец вездеход наполз брюхом на люк и застыл. В броне распахнулась черная щель, и гулкий голос Горна скомандовал: “Принимай!” Из мрака кабины в люк опустилось бесчувственное тело, поддерживаемое могучей рукой, затем еще несколько. Уложив солдат к стене, Эрик поднял к рукам Горна сначала Ю, потом Олта. Последнего, к удовольствию Тигра, гигант подхватил за шиворот, чем вызвал у старика новый приступ брюзжания.
Затем Эрик вскарабкался в кабину сам.
— Надеюсь, крови здесь нет? — сварливо осведомился Олт.— Предупреждаю: я крайне брезглив.
И опять у Тигра свело челюсти от ненависти: кровью он брезгует, вот как!..
— Не беспокойтесь, я работаю чисто,— отозвался Горн.— Ну, расселись?
“Единорог” снова содрогнулся от выстрела, после чего, не зажигая фар, лихо развернулся на месте и побежал в темноту.
— Ну вот,— удовлетворенно произнес Горн, когда исполинский костер на месте бывшего замка Тигров превратился в одинокий огонек вблизи самого горизонта,— теперь у нас хватит времени для разборок. Давай, малыш, выплесни все, что накопилось, не трави душу зря!.. И если докажешь, что Олт полезнее для нас мертвым, я сам сверну ему шею.
— Ловлю на слове.— Эрик пересел в соседнее с водителем кресло и развернулся, чтобы видеть всю темную кабину, а прежде всего — съежившегося на заднем сиденье старичка, некогда наводившего трепет на подданных.— Итак, в чем я обвиняю Олта…
— Погодите,— неожиданно вмешался старик.— Это что же вы мне устраиваете — суд?
— А хоть бы и так,— огрызнулся Тигр.
— Тогда я имею право на защиту,— заявил Олт.— Справедливо?
Гигант бросил на Эрика вопросительный взгляд:
— Как?
Тот пожал плечами.
— Валяйте, старина, защищайтесь,— разрешил Горн.— Лучше вас этого не сделает никто.
— А вы, стало быть, судья,— усмехнулся Олт.— Ну-с, слово обвинителю.
— Ладно, порезвитесь напоследок,— сдерживаясь, бросил Эрик.— Все равно же вам не отвертеться.— Он помолчал, наново собираясь с мыслями.— Ты помнишь мою историю, Горн? — Гигант кивнул.— А знал ли ты, что прежний император Ол, мой кровный и главный враг, благополучно пережил переворот и даже заделался наследником Тигров? — Против ожидания Горн кивнул вторично.— Что, в самом деле?.. Выходит, ты с самого начала догадывался, куда мы направляемся и кого там застанем?
— Забавно,— тихонько, но явственно пробормотал Олт.— Теперь обвинитель принялся за судью.
— Заткнитесь!..— сорвался Тигр, однако тут же спохватился.— Ладно, Горн, ладно — мы столько уже пережили вместе, что глупо было б сцепиться из-за какого-то старого…
— Юноша,— развлекаясь, призвал Олт,— соблюдайте приличия в суде!
— Тебя удивляет мое поведение? — спросил Горн.— Будто бы у тебя за спиной я снюхался с твоим заклятым врагом… Но, может, давай сначала разберемся с ним?
— А разве здесь что-то неясно? — возразил Тигр.— Разве не от рассеял мой род? И разве я не обязан с ним посчитаться?
— Могу я уточнить? — внезапно встрял старик.
Снова поглядев на Эрика, гигант буркнул:
— Ну?
— Конечно, объективно я этому юноше враг — кровный и давний, однако отнюдь не главный.— Вздернув сухонький подбородок, Олт обвел Стражей вызывающим взглядом.— В отличие от других, я не предавал Тигров и не ударял им в спины, и даже когда…
— Кто? — перебил Эрик.— Главный — кто?
— Ун,— спокойно и твердо сказал старик.— И если б не спалили мою картотеку, я привел бы все доказательства.
Юноша перевел глаза на Горна, и тот кивнул в третий раз — с той же уверенностью.
— Выходит, этот путь вы отсекаете,— проговорил Эрик угрюмо,— и мне уже не стать имперцем… А что остается? — Он снова уперся в Олта обвиняющим взглядом.— Ладно, забудем пока о прошлом, тогда вы, по крайней мере, вели себя как Истинный и верующий. Но во что вы вляпались теперь, бывший император Олт?
— А во что? — с интересом спросил старик и дурашливо глянул себе под ноги.— Разве есть что-то похуже крови?
— Есть — навоз,— жестко сказал Эрик.— Будете отрицать?
— Буду,— сейчас же подтвердил Олт.— Правда, пока не вижу — что.
