Леон посмотрел на мать молодого человека и не смог отказать, видя, что и для неё важно, чтобы сын исполнил свой долг - помог отцу и брату, вызволил бы их из беды. Уже втроём они возвращались в Селию, понимая, что всё решиться скоро, и, удвоив свои силы армией ирнцев, они могли рассчитывать только на победу.
Поиски корабля ирнцев продолжались несколько дней, но илларам и их помощникам всё время мешали шпионы, рыскавшие везде в поисках сына Гелия, о пропаже которого раструбили по всей Селии. Жителям страны приходилось испытывать теперь все неудобства бесконечных обысков и терпеть побои за то, что они не делали, а именно - не скрывали у себя в доме Даида. Хотя по рекам и океанам Селии и Илии ходило множество кораблей, Нисан без труда мог бы узнать из тысячи то судно, которое строилось на его глазах много лет. Поэтому иллары его всегда брали с собой (немого невидимку трудно было контролировать, но это стоило потерянных нервных клеток), а возвращаясь ни с чем упрашивали Иина ещё немного подождать, ведь во время битвы было бы сложнее разуверить ирнцев в том, что их обманули - в пылу сражения воины могли только убивать и слушать команды командиров. Именно Нисан заметил маленькую бухту и корабль в ней в тот день, когда Леон и Овий уже собирались возвращаться в Сонную долину. Они приблизились к Догродону и вокруг него сразу увидели плавающие трупы колдунов, а на борту не нашли ни души. Чтобы не попасться на глаза другим прислужникам Гелия, которые могли в любую минуту нагрянуть проведать своих друзей и команду.
-Чёрт возьми, что произошло с ними? И где теперь продолжать поиски?- спрашивал Саша, словно остальным были известны ответы.
-Думается мне, что ирнцы догадались об обмане,- предположил Леон.
-И когда Гелию станет об этом известно, он взвоет от злости,- сказал Авион.
Друзья пролетели над Мабрином, не подозревая, что в этом городе непобедимых воинов нашли убежище такие же отчаянные воины с далёкого острова. Ни тем, ни другим не было места в огромной стране, которая нуждалась в их помощи, чтобы помешать колдунам. Но благодаря ораторскому умению Шека, харки уже не хотели оставаться в стороне. Особенно хорошо у пухло-губого здоровяка получалось заводить и убеждать толпу, когда он еле держался на ногах от выпитого вина. Его язык хоть и заплетался, и глаза были приоткрыты маленькими щелочками, но когда он привёл на Большую арену Катрея и в разгар боя закричал:
-Флиуртийцам грозит опасность, всей Селии грозит погибель. Нам плевать на Илию, но и там всем приходиться не сладко. А мы боремся между собой и напиваемся вдрызг!- и он не имел ввиду себя.
Правителя или хотя бы главу в Мабрине никто не выбирал, но зато самый искусный воин, не испытавший ни одного поражения, имел право на весомое слово - на главенствующее. Таким воином на данный момент являлся высокий детина с насупленным выражением лица. Он поднялся со скамьи и вышел на арену.
-А откуда здесь флиуртиец?- спросил он, подозрительно глядя на шатающуюся, словно от дуновения ветра, фигуру Катрея.- Сколько ты ему налил, что он на ногах еле стоит?
-Они там на острове своём не привыкли к выпивке, так что ему мало хватило,- оправдывал Шек нового знакомого, а потом объявил:
-Слушайте его, друзья, и да будет на наших именах вечный позор, если мы не послушаем его!!!- рука Шека искала за пазухой бутылку, но оказалось, что она выпала по дороге и, раздосадованный этой потерей, харк ещё громче заголосил:
-Да чтоб нам вечно брить голову, если мы не поможем ирнцам!
-Рассказывай,- повелел Катрею Первый воин - так назовём этого авторитетного вояку, на вид которому можно было дать лет 25.
Как не старался Катрей заставить себя говорить, у него ничего не получалось, кроме каких-то отрывистых звуков и шипения. Шек пришёл собутыльнику на помощь. Он начал за него рассказывать историю в своей пафосной манере, которая только и действовала на хладнокровных харков.
-Живёт народ!- провозгласил Шек и обвёл всех зрителей многозначительным взором.- И живут дикари! Они воюют веками, а может и дольше. И нет конца войне, зато есть чем заняться,- добавил харк от себя, потому что в войне, как и все мабринцы, не видел ничего страшного.
-Камни на груди,- продолжал Шек,- защищают обе стороны, но ирнцы умнее, ведь мы их поведём в бой!
-Да,- вдруг громом отозвались все зрители, начиная реагировать на слова оратора.
Шек подмигнул Катрею и воскликнул:
-А случилось вот что... Гелий заманил их в Селию, а иллары - заманили дикарей - а нас никто не спросил! Разве мы не воевали за них всех?
-Воевали!
-И они думают, что мы будем сидеть в городе, сражаться по ночам на аренах и носа не покажем за пределами Мабрина?! Да не бывать этому - наши мечи скажут своё слово и колдунам, и илларам за короля.
-За короля!- подхватили все, никогда не подчиняясь королевским указам, но, как точно предусмотрел Шек, им нужна была цель и ею стал Миций.
-С колдунами и илларами мы никогда ещё не сражались,- заметил Первый рыцарь.- Но это даже будет интересно посмотреть на что мы способны. За короля!
