Двое из ларца, не похожие с лица… но до чего же они причудливы, эти пути Господни. Жил в Одессе славный паренёк, ездил он в Херсон за голубями… если бы! Разъезжал двухметровый Боря Валинога, по прозвищу Малыш Бобо, всё больше по жарким странам да по горячим точкам. Однажды скромному гиганту довелось вынести из боя, транспортная колонна, отправленная почти без прикрытия, попала в засаду – чего там, дело житейское! – раненого сержанта, уже знакомого читателям Миху, восседавшего сейчас в субботинском кресле. Сам шеф то и дело ёрзал, сидя на подоконнике.
Вахтанг, или Ваха, позывной «Батоно» (уважительная форма кавказского обращения к старшему), в ту пору командир взвода разведки, сумел прикрыть колонне отход, отчего у личного состава, оставшегося на ногах, появился реальный шанс выжить. Повалявшись с неделю после ранения, Миха выздоровел и был по ранению комиссован. Малыша, однако, Миха не бросил, что для нормальных пацанов было вполне естественно. Мишаня после дембеля вытащил Бобо в Город, что было в 80-х совсем не просто. Поставил на харчи в своём кооперативе, одел-обул-накормил. Одно нехорошо: нет у Бориса личной жизни. И койка в общежитии мало чем смогла бы помочь. Когда ещё зажиточная вдовушка позарится на рослого одессита! Им подавай богатых штымпов, а эти штымпы… ну, да ладно. Тут Михе подвернулся Субботин, и сразу повезло всей компании. Если, конечно, рассматривать везение как случай, вовремя схваченный за вихор. Субботин, конечно, не вдовушка, но жильё в коммуналке устроил, а через годы помог с ипотекой, которую на покупку комнаты банки долго не давали. Прониклись Бобо, Миха и Ваха Вилькиными благодеяниями, оттого и взяли «Антигуа» под крыло. Не бесплатно, разумеется, в порядке трудового обмена. Самым трудным оказалось здесь, знаете, что? Не сталкивать охрану с Циклопом… и вот оно, горестно думал Вилька. Чего там Миха талдычит… ага! Усилием воли Вилька вклинился в общий диспут. Оказалось, охранцы на свой лад пытались его спасти… его?!
– Работая с кем-то нужным, бродяга, ты влез во что-то ненужное! – пробасил Миха, сутулясь и следя за отблеском лампы в лакированных паркетных половицах. Насмешливые молнии угольно-чёрных глаз Вахи то и дело летят в Вилькину сторону… скажите, какая проницательность!
Чтобы дотумкать, что Вилька сам во всём виноват, достаточно вчерашние газеты прочесть, раздражённо подумал Субботин. Сводку погоды глянуть. Но надо выжидать, и Вилька помалкивал: сержант в отставке, это не только мускулы.
– Предъява теперь поступит, – тянул Миха. – Ты мог бы сразу позвонить, но решил отмолчаться! И теперь вас слегка поприжали. Самую малость. Пока что.
Почему же Вилька отмалчивался? Не протестуя, не огрызаясь. Его терзало странное предчувствие: в истории с Рогачёвым он просто пешка в чужой игре. И весь базар – наигранная пьеса. Дешёвка для идиотов. Что ж, бросим масла в огонь. Быть может, на сцене станет светлее? Субботин жестом остановил перекличку охранников и кратко рассказал о странном письме. Миха замер в растерянности, оглянулся на Ваху.
– Судя по инциденту с Генкой, инфа имеет отношение не только к Циклопу. Кто-то вбросил этот мячик в игру, чтобы посмотреть, что из этого выйдет, – сказал Вахтанг, серьёзный и надменный. – Будущее вполне очевидно. Не найдешь автора, всё агентство положат. Вместе с тобой, девчонками и бухгалтерией (на слове «бухгалтерия» Миха вздрогнул, а Вилька откровенно вздохнул: и чего в нём Нина нашла?). Может, Генка сам его написал? Под чью-то диктовку?
– Письмо подсунули с левого адреса, – твердил Вилька. В конце концов, пусть сами землю роют. Субботина мучало ощущение, что от него что-то отчаянно ускользает. – Конкретно, там выложен Доктор а-ля натюрель, как польский судак под соусом. Плюс, краткий разбор досье по рейдерскому захвату. Не жизнь, а хлопоты Васьки на фикусе!
Охранники выпучили глаза от неожиданности. Играй истерику по полной, подумал Субботин. Оставь возможную спарку Рогачёв-Циклоп-Миха на вечер, на подумать:
– Стажёр, похоже, попал под раздачу. Его даже в штат не успели оформить! Перед тем, как приехать в офис, я хотел снять копию досье, сейф закодировать, сигнализацию включить. А тут звонок от Нины и весь тарарам. Рогалика… э-э, Рогачёва могли по незнанию принять за кого угодно. От доставщика пиццы до прислуги за всё. Очень уж борзый. Может, решили разговорить? Для меня могилку роют?
Интересная мысль! Но откровенно безумная, пришельцам глава агентства был прекрасно известен. Стало быть, и не нужен… или уже отработан? Он, может, и пешка, вот только пешка с сюрпризом. Сделав над собой усилие, риэлтор вознамерился закончить дискуссию. Он видел, что гости устали разыгрывать изумление и озабоченность… во что же они играют? Внезапно Миха зарычал, аки пёс цепной:
– Герой хренов! Рогаль, Мильтон и Паниковский. Где же его искать? На кой он сдался этим горцам? В чём их реальный интерес?!
