Но утирая липкий пот со лба, я со вздохом признал, что главное все-таки не оружие, а умение им пользоваться, и с завистью оглядел Дорака и компанию, добивающих раненых тварей. Да, только сейчас я осознал, что до настоящего мечника мне как до Луны. Земной Луны, а не местного ее подобия. Надо же, а ведь я опрометчиво начал считать, что чему-то научился за время прогулок по мертвому городу, но сейчас прекрасно вижу — мои навыки не стоят и выеденного яйца. Подумать только, какие-то две-три минуты махания сабелькой — и я уже упарился, а вот Лашт даже не запыхался, хотя разрезал своим мечом больше собак, чем все остальные!
Очистив клинок от крови пучком травы, я вложил его в ножны и пошел собирать свои ножи. Дело это было долгим, поскольку несколько ножей скрылось в густой траве, но направление бросков я помнил, поэтому сумел их отыскать. Заодно отметил, что не всем раненым собакам удалось добежать до нас. Парочка отбросила копыта спустя десяток метров, видимо, клинкам все же удалось задеть сердце. А когда я засунул в перевязь последний и вернулся к искателям, то обнаружил, что они тщательно обрабатывают порошком места укусов, которые, судя по гримасам на лицах, были весьма болезненными. Сам я по счастливой случайности ухитрился не получить ни одного. То ли собак с моей стороны было намного меньше, то ли они решили сосредоточиться на более опасных противниках, но ни одна из тварей не успела добраться до "комиссарского тела". Перевязывающий ногу тоже отметил этот факт. Он завистливо оглядел меня и недовольно обронил:
— Везунчик ты, Ник! Из такой передряги целым выйти — такое не всякому удается.
— Ага, еще какой! — поддакнул Лашт, взвешивая в руке свой мешочек с порошком, словно прикидывая, на сколько схваток его еще осталось. — Только саблей машешь будто палкой, словно вчера впервые в руки взял.
— Да и ножики свои кидаешь нескладно, — вставил слово Сишк. — Вон сколько потратил, а завалил всего пару псов. Чего ж ты нам тогда хвастал в трактире, что большой мастер по этой части?
Я почувствовал себя оплеванным, что было весьма неприятно, но возражать не стал. Только виновато вздохнул и опустил взгляд, молча принимая справедливые замечания искателей. Ведь они были правы на все сто. Это на Земле я был если не мастером, то находился недалеко от этой ступеньки, а здесь оказался самой обычной посредственностью. Наверняка местные профессионалы-ножеметатели могут с легкостью попасть в пролетающую в десяти метрах муху, или же одновременно швырнуть сразу три ножа, и — что немаловажно — угодить точно в намеченные цели. Я же такими навыками похвастать не могу.
Мда, обидно падать с небес на землю. Одно только хорошо — искатели удовлетворились моим показушным раскаянием и не стали презрительно фыркать или обзывать треплом (хотя имели полное право). Они просто сосредоточились на своих ранах, тактично оставив тему моих умений в покое. А досталось искателям довольно ощутимо — у всех было по нескольку обильно кровоточивших укусов, а Лашту шавки едва кусок мяса из ноги не выдрали. Кстати, в этот раз я успел подметить все особенности лечебного порошка. Попадая в рану, он странным образом менялся, превращаясь в вязкую субстанцию, которая моментально останавливала кровотечение и стягивала края кожи, после чего искателям оставалось только завязать пострадавшее место чистой тряпкой.
Заинтересовавшись, я спросил у спутников, как называется этот чудо-порошок и сколько он стоит. Ответил мне Лашт, который уже закончил с перевязкой и приводил в порядок меч. Он рассказал, что данное чудо называют ситом, и продают только искателям, так что мне купить его не удастся. Гильдия пристально следит за распространением этого весьма ходового продукта местных алхимиков, поскольку правильно он работает только на Проклятых землях. (Видимо, благодаря их особой энергетике.) А тем, кто решит рискнуть и заняться перепродажей целебного порошка, светят большие неприятности, ведь для обычных людей имеется масса других целебных порошков и эликсиров, на порядок дороже сита.
Естественно, я огорчился, так как подобное средство мне не помешало бы (чтобы при ранениях полагаться не только на кинжал), а искатель добродушно усмехнулся и заметил:
— Не переживай, Ник! С твоей удачей сит вообще не нужен! И вообще, признайся честно, тебя Хинэль при рождении не целовала?
— А Хинэль — это кто? — уточнил я.
— Ты что, никогда не слышал о богине судьбы? — удивился Лашт.
— Так ведь он с севера, — напомнил Сишк. — А там народ дремучий, поклоняется своим богам, каких у нас даже и не знают. Вроде Шассихата, Повелителя Ветров или Ожинара, Владыки Морей. Так ведь?
Вопрос был явно адресован мне, поэтому я утвердительно кивнул. А что еще оставалось? Но мой кивок не вызвал новых расспросов, и я успокоился — это была вовсе не проверка моей "легенды". Уже не ради утоления любопытства, а чтобы вернуть разговор в прежнее русло я поинтересовался:
— И почему Хинэль должна была меня целовать?
