Вячеслав Иванов полностью

Располагался Колледжио Борромео в великолепном палаццо эпохи Возрождения, являвшем собой подлинный шедевр архитектуры. Вяч. Иванов так описывал этот дворец в письме детям от 3 ноября 1926 года: «Palazzo построен на возвышенности, образующей над садом высокую террасу, и его этажи так высоки, что мой primo piano соответствует вероятно вашему quatro[439] на Bocca di Leone. (К тому времени сразу после отъезда Вяч. Иванова в Павию Лидия и Дима съехали от синьоры Плачиди с виа делле Кватро Фонтане и наняли две комнаты на виа Бокка ди Леоне. – Г. З.)

Поэтому здание господствует над долиной реки Тичино… Фонтан, устроенный каскадиком в нише задней стены сада, неумолчно шумит издали. С циклопической террасы, большие плиты которой поросли травой, ведут в сад монументальные лестницы. Их из моего окна не видно, но видно перпендикулярный к террасе тосканский портик, ограничивающий справа узорно разлинованный партер газонов… За портиком и партером с несколькими деревьями передний сад… расширяется и образует огромную поляну… Все это охвачено высокою каменною стеной…»[440]

Вяч. Иванов преподавал в Павии с 1926 по 1934 год. Иногда навещали его в Колледжио Борромео Лидия и Дима, приезжая туда на два дня. А огромные каникулы, которые длились в Италии четыре месяца, отец проводил вместе с ними в Риме.

Жилье, предоставленное Вяч. Иванову в возрожденском палаццо, было поистине роскошным. В том же письме детям он рассказывал: «Вот что я люблю: поставить мягкий стул на вторую ступеньку глубокой оконной ниши в спальне, завеситься от комнаты прямо падающими складками больших белых гардин и в такой палатке сумерничать, греясь в теплом халате и глядя в окно, кажущееся скорее узким при его большой высоте»[441]. Эти вечерние и ночные часы на итальянской земле, священные для русской поэзии со времен Тютчева, подарили Вяч. Иванову в рождественские дни 1926/27 года несколько новых стихотворений, которые он посылал в письмах Лидии и Диме. Сухая и бесснежная средиземноморская зима совсем не походила на русскую. Рождество в Италии наступало иначе, чем в России, хотя дух праздника был един. И новые стихи Вяч. Иванова мало напоминали «Зимние сонеты». Одна из этих ночных песен называлась «Notturno»:

В другом стихотворении – «Собаки» – ночной лай напомнил о сворах Аида, гонящих в подземном царстве души умерших (недаром Вяч. Иванов испытывал по отношению к псам некое подобие мистического ужаса):

Но поэт всегда уповал на Того, Кто может спасти душу от адских свор и привести ее на трапезу радости и Жизни: