Прежде чем подниматься, огляделся. Рядом стонал и ругался Грег Голова, чуть ближе к выходу к каютам копошились чернявый бородач, лысый Альфредо и Ирвин Горовиц. Их медленно волокло по полу в сторону выхода из отсека.
Поднявшись, я неуверенно направился к ним, поскольку безоружный Грег был менее опасен, а бородач и лысый владели бластерами. Меня шатало — магнитные подошвы тянули к полу, но непонятно откуда взявшаяся гравитация тащила к носу лайнера, будто корабль осуществлял какой-то маневр.
Приспособиться к ходьбе в таких условиях было непросто. «Все равно что пытаться шагать по стене», — подумал я и удвоил усилия. Помогали поручни, расположенные вдоль стен.
Чернявый и лысый только пришли в себя и, дезориентированные, пытались подняться, а потому упустили момент, когда я атаковал. Выхватив бластер из ослабевшей руки Альфредо, который был ближе всех, ударом рукояти отправил его в отключку и метнулся к чернявому, поднимающему бластер.
Руки противника ходили ходуном, он понимал, что, если промажет, рискует повредить корпус шаттла, и его нерешительность сыграла мне на руку: я кулаком ударил по кисти — бластер отлетел к лежащему Ирвину, который, не в силах подняться, подгреб его к себе, — а протезом со всей мочи врезал неудачливому пирату в нос. Хрустнули кости. Капли крови веером разлетелись по салону и устремились к выходу.
Спохватившись, я уже увереннее прошагал к Грегу. Тот стоял на четвереньках, его тошнило, ему было так плохо, что он даже не заметил, как к нему приблизился противник. Дважды пнув его под ребра, я посадил его защитный мод на откат, а потом ударил по затылку.
Силовой мод снова его подвел, Голова отключился. Я убедился, что он лежит на боку и не захлебнется в собственной рвоте.
Пришло время заняться своими, и я подошел к Ирвину, лежащему на спине с закрытыми глазами, но сжимающему рукоять бластера, забрал оружие, нащупал пульс на запястье.
— Встать можете, Ирвин?
— Не знаю… — прокряхтел тот. Я помог ему подняться, и Горовиц тут же ухватился за поручни. — Что случилось?
— Если коротко, мы прыгнули через гиперпространство, но куда и как это произошло — гадать смысла пока нет, есть другие вопросы. С оружием умеете обращаться?
— Нет. Что? — Ирвин стоял, пошатываясь, и словно не понимал, чего от него хотят. — О чем вы, Картер?
— Это примитивный бластер. — Я вложил в его руку оружие. — Предохранителя нет, выстрел производится нажатием на спусковой крючок. Идти будет туго, но прожать нужно до упора.
— Попробую… — обреченно проговорил он, держа оружие, как ядовитую змею. — Я сделаю все возможное… Но боюсь, что не справлюсь.
— Справитесь, Ирвин. Займите позицию за столом и следите за этими тремя. — Я указал на лежащих пиратов.
— А вы?
— Там, в каютах, еще несколько захватчиков. Займусь ими.
— Ладно, постараюсь… — ответил сосед по каюте, с ужасом глядя на бандитов. — Сделаю все, что в моих силах, но ничего не обещаю. Я же говорил, что не боец.
Не понравилось мне, как он это сказал. Словно делал одолжение, что ли. Конечно, я понимал, что оставлять на страже человека, который никогда не стрелял, не самое удачное решение, но лучше такой соглядатай, чем вообще никакого. Если что, хоть закричит, на помощь позовет.
И все же привести его в чувство не помешает.
Взяв его за ворот, встряхнул, уставился в его расширившиеся глаза и мягко, почти нежно, сказал:
— Бывают моменты, мистер Горовиц, когда либо ты, либо тебя. На кону наши жизни, не подведите. — Я его отпустил.
Пожевав губами, он кивнул:
— Не подведу вас, Картер. Обещаю.
— Верю.
Я потащил Грега к двум подельникам, чтобы Ирвину было проще за ними следить, и, зацепившись носком ботинка за ребристый пол, чуть не рухнул.
Рядом возник высоченный, ростом с Грега, темнокожий юноша, который придержал меня и, кивнув на тело, участливо спросил:
— Мистер, вам помочь?
Я присмотрелся к нему: мощный от природы, плечистый, руки, как ковши экскаватора, лицо широкое, простецкое, совсем молодой, хоть и здоровенный. На ногах паренек стоял уверенно.
— Мое имя Шак, но все называют меня Малыш, — продолжил он, взяв Грега за ноги. — Куда потащим этого… нехорошего человека?
Очень молодой, неопытный. Интересно, восемнадцать ему хоть есть?
— Капитан Райли, — представился я. Звание озвучил намеренно — чтобы наблюдающие зеваки прониклись уважением и слушались.
— Ничего себе, целый капитан! — воскликнул он, и я очень надеялся, что без сарказма. — Благодарю за службу!
Схватив Грега за руки, я ответил:
— С церемониями погодим, а сейчас давай-ка за мной, Малыш.
Когда тело Головы оказалось между чернявым и Альфредо, Ирвин кулем опустился на стул и растянул ворот футболки, словно тот его душил.
— Вы в порядке, мистер Горовиц? — спросил я.
— Надеюсь, они не очухаются… — прошептал он, с ужасом глядя на бандитов.
— Очухаются, так мы им добавим!
Это воскликнула подошедшая молодая женщина с выбритыми висками и голубыми волосами, зачесанными на правый глаз. В ее речи выделялся британский акцент.
— Врежу так, что мало не покажется! — кровожадно заявила она. — Натяну глаза на задницы!
