— Не-а, — ухмыльнулся Щелкун, показав гнилые зубы. — Если занято, дорожка не остановится, да и двери не будет вообще. Короче, сами увидите. Бывайте, бродяги, свидимся еще!
Шеймус удалился и влетел в толпу ястребом, продолжая торг:
— Но-но! Я уже забил мод Валерии первым! Ну и что, что уходил?! Ах ты…
Голоса за нашими спинами повышались, ситуация накалялась, но стоило нам ступить в коридор, стихли — как отрезало.
Самодвижущаяся дорожка шириной от стены до стены была покрыта ворсистым материалом, мягким и пушистым. Ноги утопали в нем так, что хотелось прилечь и вздремнуть прямо здесь. Вообще, пол был как пол, а коридор как коридор, вроде тех, что в земных отелях, вот только шел он под наклоном вверх и изгибался так, что конца было не видно.
Мы встали все вместе, надеясь, что нам достанутся соседние комнаты, и так и замерли. Никаких «голосов в башке» я не услышал, как не появилось и сообщений интерфейса.
Пару минут ничего не происходило, и уставший Юто прислонился к стене. Сложив руки на груди, он злобно посмотрел на маячившего в стороне Шеймуса.
— Стоим тут как придурки, — сказал он. — Командир, обманул нас Щелкун, вы мне поверьте. Сейчас стоит, небось, со своими собутыльниками и ржет над нами! Идти нужно…
— Не-а, — сказала Крисси. — Вам, Юто, просто нужно подумать о свободном жилье. Я подумала, и все получилось. Система ждет согласия всей группы.
В этот момент я увидел перед собой системный запрос:
Я рефлекторно кивнул, мысленно подтвердив, что да, желаю. Прямо-таки жажду занять жизненное пространство, чтобы упасть там и не шевелиться следующие пару лет.
— Юто? — окликнула его Хоуп.
— Да нет ничего! — воскликнул Юто. — Развод это, идемте пешком!
— Давайте, мистер Эндо, думайте! — сказал я. — Все работает, ждем только вас.
Когда на вопрос интерфейса о свободном жилье ответил и Юто, мы наконец добились своего — дорожка начала движение, причем так незаметно, что я этого не почувствовал. О том, что мы перемещаемся, говорили лишь удаляющиеся фигуры людей, продолжавших обмен.
Мимо нас проплывали ровные белоснежные стены без дверей. Точечных источников света на потолке я не видел, сияние лилось равномерно со всех поверхностей.
Когда дорожка остановились, мы не почувствовали, а поняли это, увидев в стене узкую вертикальную щель, подсвеченную по краям зеленым. Подумалось, что то ли зеленый цвет по всей галактике значит что-то положительное, то ли в нашем кластере система подстраивается под нас. Скорее второе, потому что Разум знает, какое зрение у инопланетян. Может, те же рапторианцы вообще все в монохроме видят?
В интерфейсе всплыла подсказка:
— Базовое! — торжествующе воскликнул Ирвин. — И комфортабельность не повысить! Я же говорил!
— Вы говорили, что будут бараки, — сказал Юто. — Где вы видели бараки с личными комнатами?
— Идите, мистер Эндо, занимайте, — сказал я. — Вы устали больше остальных. Или вы, Ирвин.
— Ну уж нет, — возмутился ветеран. — Девочки пусть идут первыми, а мы потерпим.
Ирвин с ним согласился, а Крисси уступила право Хоуп.
Сауэрбранн открыла дверь, но заходить в комнату не спешила.
Мы все заглянули внутрь. Интерьер и обстановку номера можно было сравнить со средней руки мотелями на Земле — просторная комната с кроватью, столом вдоль стены и встроенным в стену шкафом, совмещенная душевая и уборная. В отдельном закутке — персональный пищевой синтезатор и кран с питьевой водой. Чуть ниже — утилизатор мусора. На свободной стене слева от двери — имитация окна с видом по личному выбору. Пока что по дефолту стоял космический обзор Сидуса.
— Мне все больше тут нравится! — расплылся в улыбке Шак. — И совсем не бараки! В тыщу раз лучше моей конуры.
«Да и моей, чего греха таить», — подумал я.
Ирвин зевнул, прикрыв ладонью рот, и протяжно сказал:
— Согласен, не бараки. Но и не пять звезд.
— Мистер Горовиц, вам не угодишь, — утомленно сказал Юто. — Расходимся? Я очень устал. Мне бы передохнуть хотя бы пару часов…
— Минутку! — воскликнула Крисси, окинула нас взглядом и вздохнула. — Знаете, мне кажется, плохая идея разделяться.
— С чего ты взяла? — спросила Хоуп.
