И закончилась. Сергей вновь досидел до конца. То, что поместилось между строк длилось шестую часть суток. Неравенство точно не доказано. Комбинаторика, геометрия и уравнение: “Ответ есть, а там как знать”. Число в пятой задаче нашёл подбором. Решение придумал после — хлипенькое, но лучше, чем ничего. Бодро себя Сергей не чувствовал. “В лучшем случае — семь с половиной из десяти, в худшем — ну, понятно и так”. В чудеса он не верил, амулетики при себе не носил. Математиков стали кормить. Во время борща позвонила Юлия Фёдоровна Гальперович. Сергей попросил перезвонить попозже. Далее, детей проконсультировали насчёт авторских решений всех заданий второго дня олимпиады. Часть ответов не совпала, но чувствовалось, что второй день написан лучше, чем первый. Однако, грусть Колязина никуда не ушла, так и пошёл в мотель как на эшафот. По дороге опять позвонила Юлия Фёдоровна. Ему больно было слушать её льстивые слова поддержки. Особенно: “Ты — лучший математик в городе среди девятиклассников”. Наглейшее подхалимство. Ему не хотелось верить в искренность этих слов. Он, в свою очередь, решил осчастливить педагога тем, что он хорошо написал второй этап. Это её обрадовало, но лгать дальше он не захотел, поэтому сказал, что “всё хорошо” и “до свидания”. Обольщало, вернее, успокаивало немного то обстоятельство, что большинство олимпиадников здесь шли с траурными лицами. Кто-то рыдал, отвечая на телефонный звонок. Иные шли молча, голоса были не слышны. Впереди только апелляция и ужин. А завтра — награждение и разъезд по домам.
В комнате посидеть ему тихонько не дали, было любопытно, как кто написал. Сергей отнекивался своими “не знаю” и “завтрашний день покажет”. Голова вертелась в сумбуре, его резко потянула какая-то тяга к продолжению рисунка.
Он добавил мышь, а ей маленькую корону. Она сидит на раскрытой книге, предположительно, на торе26 или коране, по крохотному шрифту. Сзади чьи-то фигуры, их скопище, но они обезличенны — их не разобрать. Пустая толпа из десятков голов. Может, фарисеи или римские солдаты, громоздящиеся на холме. Змея у ног. Так странно. Что нашло на него? В чём злоба? Он усмотрел что-то в самом себе и его начало жечь от боли. Он смотрел на свой левый глаз. Кривой, должно быть? Теперь из него вылазило нечто. Крючок чернющий, а на самой голове, прямо из шляпы росло кривое толстое деревце. Как баобаб. Листьев нет. А из ближайшей ветки торчит единственный свисающий колоколообразный цветок. Корни дерева торчат и выпирают местами из его головы. Из левого глаза тоже. Руки свои он заковал в кандалы, правда, звенья рисовать не так просто. Цепи уходят за границы картины. Рубаха под пиджаком изорвана, а из неё сочилась кровь.
Сергей отпрял от своего рисунка, ему показалось это какой-то дикостью. Он посчитал это бредом, но, рисуя, он знал, что означает каждая деталь. Его за эти дни не раз спрашивали, что он там малюет, на что только получали лишь огрызки фраз. Молчуна оставили в покое. Предстоял ужин и апелляция. В столовой случился конфуз, было много народу, какой-то бегун задел поднос Смешилы или Григория Овсянникова, из него вылетел стакан с какао и рисовая каша. Часть содержимого упало на волосы и одежды так неудобно подвернувшейся девицы, чинно кушавшей за столом. Бегун зачинщик обернулся, но не стал себя выдавать.
Стакан вдребезги. Девица оборачивается и с криком подаётся высказывать своё негодование Григорию. Тот оправдывается, показывая пальцем на истинного виновника, но та и слушать не хотела. Тогда Смешила обозвал её
Началась апелляция. Олимпиадников поделили на группы по классам и заставили караулить один из нескольких кабинетов. Называлась фамилия, ребёнок входил. В кабинете нельзя было находиться больше чем четырём детям. Ожидание. Кто-то справлялся за десять минут, кто-то сидел очень долго. Колязин замаялся ждать. Ноги отекли. Он не понимал, какого будет тому, у кого фамилия Шавелин или Юшка. Придётся стоять несколько часов. В меру сообразительная техничка догадалась открыть соседний класс, чтобы облегчить страдания детей, дав им место, где можно посидеть.
— Колязин Сергей. — послышался голос из приоткрытой двери.
