Они вдвоем пошли вперед, туда, где вонь стала сильнее, а через эфир чувствовалось что-то извращенное и чуждое этому миру. Первой её увидела Квинтиус, выглянув из-за куста. Порождение подняло голову и Марию немного проняло, хотя, казалось бы, уже ко всему должна быть привычной. Костлявая спина с шипами буро-зеленого цвета могла бы принадлежать кому угодно, как и страшная морда со слишком широкой для человеческого лица щелью рта, усеянной сотнями тонких зубов, между которых мелькал тонкий раздвоенный язык, а вот покрытые редкими длинными волосами живот и груди были явно женские. Кожа инфицированной приобрела землистый оттенок и под ней словно бегали жуки или еще какие-то насекомые, не разобрать. Вместо глаз два провала в тьму, руки скрючены и заканчиваются когтями. Черная нечесаная копна волос согнувшегося в три погибели порождения волочилась по траве, когда оно поворачивало голову принюхиваясь. Почуяла, тварь!
Далее события развивались молниеносно. Вот инфицированная прыгнула в сторону Клавдия, что затаился с другой стороны. Тот дернулся вбок и достал свой клинок. Зараза, лучше бы пистолет взял! Неужели он?... Додумать ей не дал окрик наставника:
- Берем чистой!
Мария выругалась. Позер! Какое чистой?! У них ни одной сети в арсенале! Тем временем порождение попыталось достать вигила, тот среагировал недостаточно быстро и её когти оставили кровавые полосы у него на боку. Тварь радостно оскалилась и издала булькающий клекот. Девушка не теряя времени плела формулу удержания. На такую мразь понадобится прорва энергии. Она шептала формулу, помогая себе пальцами, и кинула её на инфицированную, когда та почти вцепилась в горло Росцию. Монстр словно налетел на стену, а потом забился с неожиданной силой. Квинтиус вцепилась в нити до кровавых полос на ладонях и перекачивала по ним энергию, удерживая порождение.
- Давай, Клавдий! - крикнула она мужчине, который что-то не торопился с извлечением темной стороны из твари.
Наконец он закончил приготовления и дальнейшее Мария наблюдала практически затаив дыхание. Вигил использовал не одну, а как минимум три формулы, чтобы инфицированная не пострадала. Каким образом они не конфликтуют, девушка так и не поняла. Одна формула находила темную сторону, вторая вытаскивала её, а остальные помогали не погибнуть порождению. Самый тонкий момент. Будешь извлекать слишком медленно и мрак вцепится в жертву, чтобы уже не отпустить, поторопишься и покалечишь человека. Работа Клавдия была поистине ювелирной. Он уверенно отделял черноту как раз в ключевой момент, словно чувствуя нужную точку. В итоге через полчаса вспотевший мужчина опустил дрожащие руки. Напротив него в траву рухнула черноволосая девушка из местных. Мария на всякий случай просканировала окружение и убедилась, что кроме пойманной больше порождений нет.
Бывшую инфицированную одели в рубашки Клавдия и Гая. Вигил бережно пристроил её перед собой на лошади слегка кривясь от ран в боку. Посланный им навстречу из поселения отряд они встретили на полпути домой. Легионеры во все глаза смотрели на бессознательную девушку, её лицо украшали татуировки, часть из них распространялась на руки и ноги, а по плечу шли еще и шрамы. Возможно, черная вязь непонятных символов являлась письменностью её народа, может, какими-то знаками. На вид жертве прорыва было не больше восемнадцати. Широкое лицо со слегка приплюснутым носом, черные брови вразлет. Бессознательная и всклокоченная, дикарка тем не менее оказалась красива какой-то дикой и завораживающей красотой. Мария успела рассмотреть лежащую на земле девушку пока перевязывала Росция, фигурой дикарку боги не обделили, и это может стать проблемой.
Солдаты всю дорогу косились на девушку, но так и не решились что-либо спросить у вигила. Уж больно у того было серьезное лицо. По приезду сразу отправились к префекту, который уже подготовился для составления заключения. Легионеров попросили из приемной, бесчувственную дикарку положили на софу.
- Вот ведь проблема на наши головы, - нахмурился Пекорис разглядывая её. - Вы знакомы с процедурой, - он оглянулся на вигилов позади себя. - Начнем, пожалуй.
Он положил на стол бумагу, которую тут же принялся споро заполнять, указывая дату и место обнаружения инфицированного. В таком случае закон империи однозначно опирался на экспертизу вигила. Тому следовало установить, был заражен человек в итоге своих собственных действий или оказался в не том месте, не в то время. В первом случае следовало наказание - смертная казнь, во втором зависело от участия инфицированного в создании прорыва и других частностей, в случае невиновности его просто отпускали. Другое дело, что оставшихся в живых инфицированных с такой степенью поражения Мария, наверное, не могла припомнить даже из описаний в учебниках. Её наставник сотворил настоящее чудо и она была полна решимости вызнать у него все подробности использованных им формул.
