Умбра схватил Марию и они рванули следом за остальными. Замыкали Эбуций и Кальвус. По пути из ружей расстреляли еще несколько десятков дикарей и добрались до лестницы. Времени на нервы и сомнения не осталось. Первый пролет до большой ступени пирамиды проделали быстро. Вокруг них раскрылся удерживаемый Луцием пузырь защиты. На втором пролете удача им изменила, прямо из темноты выпрыгнуло с десяток дикарей размахивая своими мечами-дубинами. Они тут же получили свинца и почти все полегли, но им на смену пришли новые и начали окружать. Защита эфириуса стала бессмысленной, да и сам он уже побледнел, удерживая её под напором мексика, и пузырь схлопнулся. Борьба переместилась в партер. Зажатую между всеми Марию впереди прикрывали Септимус и Умбра, уже отстрелявшие по полной обойме. Слева и справа стояли Меций и Эбуций, а позади Кальвус. Девушка была наготове и как только кто-то перезаряжал оружие, затыкала брешь выстрелами, не давая дикарям подобраться. Конечно, они убьют многих прежде, чем до них доберуться, но такими темпами до вершины и к утру не доберутся.
- Прорываемся вперед! - озвучил общую мысль центурион и кинул вперед маленький эрупт местный аналог гранаты, страшно дорогую штуку.
Бомба не подвела и создала нужную им брешь в рядах противника, куда они тут же протиснулись отстреливаясь. Мария по пути перезаряжала оружие и думала только о том, чтобы не споткнуться в процессе. Мексика быстро опомнились и кинулись им вслед, но тут в дело снова вступил Меций и снес их к самому подножию попутно размозжив кому-то головы, а кому-то свернув шею. Очень многие формулы армейских требовали своеобразного замаха и не могли применяться в ближнем бою, так как задевали своих же, поэтому Луций пытался вывести из строя максимальное количество воинов, пока была возможность. Следом за воздушной волной по большим ступеням пирамиды, отходящим перпендикулярно лестнице устремились языки пламени и оттуда сразу же раздались крики, сменившиеся смрадом горелой плоти. Однако это лишь временно остановило мексика.
Их продвижение вперед застопорилось, для Марии все слилось в бесконечный водоворот. Прицелиться в просвет между тяжело дышащими товарищами. Найти цель. Выстрелить. Повторить. Повторить много-много раз. Перезарядить малышек. Снова прицелиться. Выстрелить. Вдох. Выдох. Надо не забывать дышать. Сколько еще осталось магазинов? Хорошо, что положила весь свой запас. Забираясь все выше и выше они оставляли после себя кровавый след и вместе с тем двигались очень медленно. Их пытались закидать телами. Меций проорал что-то нечленораздельное и начал шептать формулу. Эфир и так болтало, а от слов мужчины он начал вспучиваться еще сильнее, исполинским пузырем раздаваясь во всех направлениях, оглушая и залепляя рот. Когда он жестом отпустил его по рядам врагов струной пошла волна и те по кругу стали оседать на камни пирамиды. Отстраненно наблюдая за черными в свете факелов лужами крови, Мария отметила, что они тут порезвились, наверное, не менее продуктивно, чем жрецы у алтаря. Взгляд выхватывал агонизирующие тела, судорожно подергивающиеся и царапающие ногтями других таких же несчастных.
От перенапряжения Луций побледнел и практически повис на центурионе. Им оставалось буквально пара пассов до вершины, когда сразу произошло две вещи. На них вылетел отряд воинов со странными шлемами в виде птичьих голов, которые пробрались по уступу слева и врубились в легионеров. Мария едва успела вскинуть Дэльту, когда поняла, что наверху открылся прорыв как минимум седьмого уровня. Отвлекшись на него она допустила фатальную ошибку, отреагировав слишком поздно и словно в замедленной съемке наблюдала как копье воина летит прямо ей в грудь. И тут на его пути возникло препятствие. Меций. С отстраненным ужасом она смотрела как оружие воткнулось ему в бок и тут же переключилась на дикарей, открыв по ним стрельбу при поддержке товарищей.
- Наверх! Все наверх! - орал Септимус, поднимая истекающего кровью Луция, из которого торчал наконечник копья со странными кусками черного стекла, по сути приклеенными к нему.
- Туда нельзя! - попыталась предостеречь его Мария уже чувствуя там присутствие какой-то твари темной стороны.
- Выполнять, Квинтиус!!! - гаркнул центурион и они послушно рванули наверх.
Занятые преследователями они сосредоточились на их отстреле, поэтому только на вершине взялись проверить состояние эфириуса. Он судорожно дышал и взгляд его затуманился. Рана выглядела страшно, наконечник практически полностью ушел в тело и вытащить его не получалось, куски режущего стекла располагались так, что еще сильнее раздирали тело при попытках. Крови уже натекла целая лужа. Марии не понадобилось диагностическая формула, чтобы понять - Луций не жилец. От созерцания уже практически мертвого товарища всех отвлек изумленный возглас центуриона за их спинами:
- Пожри меня эфир! Что это за?..
